— Значит, высокородной, чистокровной светлой фэлле нужны доказательства? Она их получит. И очень скоро. Но что будет, если благородная су убедится в истине?

Та словно выплюнула:

— Тогда ты волен делать со мной то, что пожелаешь.

— Хорошо. Слово сказано?

— Слово сказано, — нехотя подтвердила светлая.

— Отлично! — Иван заглянул Мейе в лицо: — Малышка, за той дверью — ванна. Можешь пойти искупаться и переодеться. Одежду найдешь в стенном шкафу.

Фэлла счастливо улыбнулась:

— Благодарю вас, повелитель!

Когда она исчезла за дверью, Иван повернулся к светлой фэлле. Подошел поближе, выскочивший из стены многофункционал тут же приволок кресло и поставил его перед девушкой. При виде механического «паука» та испуганно дернулась, но гордость не позволила ей закричать. Между тем де Берг уселся на мягкую подушку, забросил ногу на ногу.

— Итак, су, могу ли я узнать ваше имя?

— Ты, круглоухий! Как смеешь ты…

— Смею! — Удар ладонью по подлокотнику прозвучал словно выстрел. — Имя!

Фэлла вздрогнула:

— Эйра…

И тут же Иван заговорил обычным спокойным тоном:

— Вот и познакомились. Итак — Эйра и Мейя. Созвучно. И запоминается легко. Сложно быть человеком, у которого две жены…

— Жены?!

— Ты забыла все, что я говорил до этого? — ехидно осведомился Иван. Потом, добавив сарказма в голос, констатировал: — Уважаемая су страдает склерозом… Фу!

Эйра чуть не подпрыгнула от злости, но сдержалась:

— Ты должен предоставить мне доказательства.

— Ах да… Слова тебя не убедят, как я понял. Хорошо. Знаешь, зачем я взял тебя в плен? Притащил сюда?

Эйра даже потемнела лицом:

— Ты — союзник этих исчадий ночи! И пришел ей на помощь, когда увидел, что моя противница проиграла битву на право Владения! Ты, презренный круглоухий, который украл мою победу!

— Даже так? Ну-ну… ИИ, ужин нам в зал!

Ниши в стенах распахнулись, и в помещении появились роботы, которые тут же занялись сервировкой стола.

— Командир, блюда подадут через пятнадцать минут, — сообщил ИИ.

— Не спеши. Мейя еще принимает ванну. Она там не растаяла?

Но тут двери распахнулись, и в зале появилась темная фэлла. Со счастливой улыбкой на лице и румянцем на щеках, одетая в роскошное платье, при виде которого у ее товарки даже выступил пот на кончике носа, а длинные остроконечные уши нервно дернулись.

— Малышка, ты великолепно выглядишь! — усмехнулся де Берг.

Румянец на девичьих щеках стал еще ярче. Су приблизилась к сидящим и скромно потупила взор. Иван показал на диван:

— Присаживайся. Су Эйра сейчас оставит нас ненадолго. Теперь ее очередь принять ванну. — Он шумно вздохнул, скорчил презрительную гримасу: — Она так вспотела во время поединка, что э-ээ… — Сделал привычный жест: — Как бы сказать… Попахивает…

Светлая фэлла стала словно поменьше ростом — оскорбление было донельзя унизительным. Но крыть нечем — от нее действительно исходил запах пота.

— Иди, мойся, — приказал де Берг. — И не волнуйся, мы не станем начинать трапезу без тебя. — И, едва та поднялась с дивана, добавил: — Только не слишком долго. Все проголодались. Надеюсь…

Голодное бурчание в желудке Эйры прозвучало в воцарившейся в каюте тишине как нельзя вовремя. Красная, словно парадная мантия судьи, фэлла стремглав бросилась в ванную. Дверь хлопнула, а Иван рассмеялся. Мейя осторожно присела на краешек дивана, де Берг взглянул на нее:

— Как тебе у меня в гостях, малыш?

Она опустила взгляд:

— Очень красиво. Такая роскошь… Даже не мечтала о чем-либо подобном… Император.

— Это просто корабль. Хотя один из самых больших и сильных в Галактике. Наследие. Теперь подобных ему уже не строят, к сожалению…

Девушка взглянула на Ивана из-под аккуратно подстриженной челки, потом тихо произнесла:

— Но зачем я вам, Император? Простая су темных фэллов. У меня нет ни богатых, ни влиятельных родственников. Нет подданных. Даже родителей. Обычная сирота. И вдруг вы…

— Ты хорошая девушка, Мейя. И, поверь, я вижу твою душу. Она — чиста, словно родниковая вода. Лучшей жены, чем ты, у меня не будет!

Фэлла вновь запунцовела, потом спросила еле слышно:

— А… Светлая су?

— Эйра? — Кривая усмешка растянула губы Императора: — Богиня подшутила над нами тремя. Не знаю только, к добру или несчастью. Ты теперь знаешь, что я — Прогност…