Иван помрачнел. Это была его ошибка — приказ «Вампиру» хранить режим полного молчания и изоляции. Но давать столь мощное оружие кому-либо, даже родному сыну, было бы еще большей ошибкой. Но ничего — теперь медицинский комплекс корабля быстро приведет парня в порядок. А поскольку тот молод, время залечит все раны — и физические, и душевные…

— Свяжись с Дворцом. Я хочу поговорить с Михаилом.

Миг — и перед глазами Императора вспыхнула сфера. Де Берг вздрогнул — родные черты, но как же они изменились! Сын стал выглядеть едва ли не старше отца! Жуткие шрамы от ожогов, полученные при взрыве бомбы. Пустой рукав на месте правой руки, и металлические протезы на месте ног. Повязка, скрывающая правый глаз…

— Папа!..

— Я вернулся, сын.

Здоровый глаз парня подозрительно заблестел, но Михаил удержался от выказывания чувств.

— Удачно, отец?

— Более чем. Извести всех, что Император возвращается. Я буду примерно через месяц, может, чуть раньше. Тевтония — по пути, так что надо успокоить оба мира. Ты знаешь почему.

— Да, отец.

Сын склонил голову. Было видно, что это движение далось ему с трудом. Иван почувствовал комок в горле, но сдержался и продолжил:

— По возвращении я вновь взойду на трон, а ты отправишься на лечение. Лазарет «Вампира» уже готовится к регенерации твоего тела. Так что потерпи немного. Я постараюсь разнять драчунов в кратчайшее время. Передай Тарго, что его вины в гибели дочерей я не нахожу, пусть перестанет изводить себя.

— Есть какие-нибудь распоряжения для Незуми?

— Готовить эскадру для длительного путешествия. У меня есть несколько координат, полученных на Запретном Мире. Их надо срочно проверить. Если дело выгорит — мы спасены. Если нет — тоже спасены. Но гораздо большей кровью. Впрочем, не стану тебя грузить. Скажу одно — все будет хорошо. Скоро встретимся, сын!

— Я буду ждать, папа…

Михаил отключился первым. Иван же тянул с выключением связи, всматриваясь в родное лицо, замершее на экране. Для отца прошел год. Для сына — три. Очень нелегких. Очень сложных. Он сполна испытал груз власти. Даже с излишком…

Иван прислонился к бортику ванны, отставил бокал. Великолепное вино не лезло в горло после увиденного. Если бы не тевтонская война, он бы, не раздумывая ни секунды, дал форсаж и рванул в Метрополию на всех парах лечить сына. Но… Есть долг перед семьей, а есть более тяжкая обязанность перед подданными. Братоубийственная война перед лицом угрозы тотального уничтожения расы — преступление. Поэтому ее нужно прекратить. Ни к чему расходовать ресурсы на ненужные смерти и разрушение. Они еще пригодятся для борьбы с Вторжением Бездны… Как-то странно звучит. Идет Орда, состоящая из миллиардов существ. Но каждый из них называет себя множественным числом: «Я — Бездна». Почему? Если бы удалось разгадать эту загадку!.. Впрочем, пока не будет пленных захватчиков, проблему не решить. Может, они имеют коллективный разум. А может, каждый из них получает прямую связь с одним-единственным управляющим Мозгом неимоверной мощи…

— Командир, на борт доставлены две фэллы. Что с ними делать? — отвлек Ивана от раздумий ИИ.

Император спохватился:

— Отведи их в мои апартаменты. Пусть ждут в зале.

— Выполняю.

Де Берг торопливо вылез из ванны, принялся с ожесточением растирать тело пушистым подогретым полотенцем. Вот оно, знакомо ласкающее прикосновение формы к телу. Невесомая после тяжелых сапог обувь. Привычный ремень на поясе. Взглянул на себя в зеркало, довольно улыбнулся — выглядел Иван внушительно. Но главное — любой скажет, что это он, Иван де Берг, Император, по прозвищу Кровавый!

Еще раз провел большими пальцами вдоль широкого ремня, сгоняя материю назад, затем решительно открыл двери, ведущие в зал, шагнул, едва заметно улыбаясь краешком губ…

Обе фэллы сидели на одном диване, но в разных его концах. Неприязнь между племенами была неистребимой и огромной. Светлые презирали темных за их любовь к ночи и за жестокость. Темные — за то, что светлые часто были вероломны, нарушая договора, и за любовь к музыке. Но и те и другие одинаково ненавидели людей, презрительно называя их «круглоухими». Пожалуй, эта ненависть — единственное, что не вызывало споров у обоих народов. И сейчас девушки не смотрели друг на друга, высокомерно отвернувшись в разные стороны. Впрочем, едва двери в зал открылись, обе встрепенулись, и взгляды их сошлись в одной точке, на Императоре.

— Добро пожаловать в мои апартаменты, девочки. — Иван иронично поклонился обеим фэллам.

Светлая еще выше вздернула подбородок, темная — взглянула на мужчину с обожанием. Де Берг щелкнул пальцами, и силовые путы отключились. Мейя тут же вскочила и бросилась к нему, уткнулась в грудь, обхватила за пояс и расплакалась. Эйра с удивлением взглянула на нее, потом с отвращением произнесла, медленно цедя слова сквозь зубы:

— Как только можно пасть столь низко, чтобы обнимать круглоухого! Пусть он назвался Прогностом, но где доказательство его словам?

Темная фэлла повернулась к ней, по-прежнему не отпуская де Берга, и запальчиво ответила:

— Ты дура! И слепа даже днем! А его я люблю, даже пусть он обычный человек! Но это — действительно Прогност! Я знаю его полгода и убедилась в его достоинствах. Ни один фэлли не сравнится с ним в благородстве и доброте!

Иван ласково погладил фэллу по пушистой макушке, поскольку девушка едва достигала его плеча.

— Спасибо, малышка.

Взял ее за плечи, чуть отстранил от себя, на что та надула губки, но тут же расцвела улыбкой, ощутив его руку на своей талии. Император насмешливо посмотрел на светлую фэллу: