Из задних рядов кто-то передал в президиум большой пакет.

Директор, заслышав в зале нетипичный шумок, оторвал очи от текста доклада и с беспокойством посмотрел на приближающийся к сцене сверток.

Председатель собрания наклонился, взял его, взвесил на ладони:

— Ого, да тут целая посылка! Надеюсь, запрещенных вложений нет?

— Есть! — крикнул задорный голос из задних рядов.

— Товарищи, пусть докладчик сначала кончит свое выступление, а уж тогда начнет отвечать на вопросы.

— Мне остался только один тезис — о выполнении взятых обязательств, — торопливо сказал директор.

— А мой пакет именно к этому самому тезису, — послышалось из задних рядов. — Относительно выполнения обязательств. Прошу вскрыть.

Покупатели дружно поддержали требование.

Председатель вскрыл пакет. Из него выпала на стол обычная калорийная булочка. Она была надломлена посредине, и когда председатель отделил одну половину от другой, то в мякоти обнаружился большой клок бумаги.

— Вот это бутерброд! — удивленно проговорил председатель.

Директор метнул на злополучную булочку такой взгляд, по сравнению с которым молния самого лучшего сорта показалась бы жалкой искоркой.

— А откуда известно, что это именно нашего производства булочка? — попытался перейти в наступление директор.

— Известно, известно! — крикнул покупатель сзади. — Прошу зачитать обнаруженный в изделии текст.

— Товарищи! — усмехнулся председатель, расправив клок бумаги. — Данный кусок листа представляет собою часть копии документа, подлинник которого лежит у меня здесь, на столе. Это обязательство директора булочной-пекарни № 87, где он обещает «принять строжайшие меры для улучшения качества сдобы, а также пряников и прочих булок».

Директор судорожно зашелестел листами доклада.

— Видел я в жизни бутерброды, — сказал председатель, — но такой попадается в первый раз.

Когда шум утих, он продолжал:

— Товарищи покупатели! Есть предложение ту часть доклада, где говорится о выполнении взятых обязательств, не зачитывать. Кто против? Единогласно. Что ж, перейдем к ответам на вопросы, — и он передал директору груду записок, поверх которых мирно золотилась злополучная калорийная булочка.

Как-то раз в одной дружеской компании, где собрались люди разных профессий, зашел разговор о первом дне работы, так сказать, трудовом дебюте.

— Вот, например, вы, Михаил Иванович, — сказал хозяин дома, обращаясь к одному из гостей, — известный журналист, объездили весь мир, издали десятки книг. А как вы начинали сотрудничать, в редакции? Что с вами произошло в первый день газетной деятельности? Расскажите!

Оказалось, что Михаил Иванович не сразу стал публицистом-международником, а начал с отдела заводской молодежи.

— Дело, Миша, простое, — сказал заведующий отделом. — Нужно побывать на двух предприятиях и вкратце описать ход собраний, которые там проходят. Учти: один из коллективов — лучший в районе. А другой — отстающий. Так и мотай на ус: чтобы в репортаже была наглядная разница. Вот, дескать, как проводятся обсуждения у передовиков, а как — у плетущихся в хвосте.

Миша помчался на задание. На первом же собрании он ощутил нездоровую атмосферу: ораторы позволяли себе нападки на товарищей по работе, кое-кто каялся в грехах и ошибках, возбужденная аудитория гудела, все критиковали друг друга и даже сводили личные счеты (один мастер все время сваливал вину за какой-то простой на своего напарника, а тот почему-то кричал с места, что во всем виновата нормировщица Леля, в которую мастер безнадежно влюблен вот уже целую семилетку).

Уточнив в завкоме и комитете комсомола кое-какие детали, Миша помчался на другое собрание. И сразу попал в мир благополучия и взаимного уважения.

Выступающие чинно сменяли друг друга, председателю почти не приходилось прибегать к помощи колокольчика — в зале и без того царили тишина и покой. Хорошо подготовленные выступления довольно прилично читались ораторами, и никто из слушающих не позволял себе выкриков, реплик из зала, никто не просил внеочередного слова для справок, дополнения или «в порядке ведения».

Впрочем, вы, наверное, поняли уже, что произошло. Но Миша понял свою ошибку довольно поздно: после того как сдал материал и вся редакция вдоволь над этим материалом посмеялась.