Древний лозунг средневековых магов и чародеев, мечтающих покорить время, — «Остановись, мгновенье!» — широко разрекламированный небезызвестным доктором Фаустом, ныне воплощен в жизнь.

Я горжусь тем, что одним из первых сумел за наличный расчет познакомиться с чудом, остановившим время.

Чудо сие началось в Омском аэропорту, за три часа до наступления Нового года.

Яркий прожектор луны светил ярче, чем все огни летных дорожек, вместе взятые. Мороз, который, видимо, решил доказать, что у него «есть еще порох в пороховницах» и даже самым усовершенствованным холодильникам тягаться с ним рановато, крепчал изо всех сил.

Луна все больше и больше румянилась от холода и, наконец, покраснела так, что стала походить на круглое обветренное лицо аэропортовского диспетчера.

Диспетчера мы считали своим благодетелем: он сообщил нам, пассажирам, летящим в Москву, что через час-два внеочередным рейсом в столицу пойдет самолет «ТУ-114».

— Новый год в таком случае придется встречать в воздухе! — закончил диспетчер, и от улыбки его обветренное лицо стало еще шире, еще круглее. — Прощу компостировать билеты!

Минут за двадцать до наступления новогодия мы уже сидели в мягких креслах реактивного самолета. Салон был неполон — половина кресел пустовала. Может быть, оттого, что рейс был внеочередным, а может, потому, что большинство путешествующих считало более удобным встречать Новый год на земной тверди.

Высокий седобородый мужчина в белых меховых сапогах давно уже захватил инициативу и самостийно взял на себя обязанности «пассажирского старосты». Еще в Омске он всегда с большим энтузиазмом отправлялся к дежурному по аэропорту для «выяснения ситуации», это он завязал дружеские отношения с диспетчером, это он первым узнал о готовящемся внеочередном рейсе.

— Зоолог Геолог! — представлялся он, добродушно улыбаясь в бороду. — Профессия моя — зоолог, а фамилия — Геолог! Иван Иванович Геолог, ваш покорный слуга!

Капризная дамочка в модной нейлоновой шубке, которая в аэропорту все время вздыхала и сетовала на «отсутствие цивилизации», в салоне «ТУ-114» расцвела. Под шубкой у нее оказалось сверхмодное, рубашкой, платье и на руках — множество различных побрякушек: браслеты, запястья, какие-то цепочки с четками.

— Ай! — воскликнула она так эффектно, что все пассажиры оглянулись на нее. — Мои часики остановились! Иван Иванович, душенька, скажите, который час? А то на моих — ровно двенадцать.

— Боюсь, что могу подвести вас, — галантно огладил бороду Геолог. — Мои часы показывают время омское, а здесь, на воздушном транспорте, время московское. Я уже переводил свои ходики раза два и, наверное, кое-что напутал. Товарищ пилот, — обратился он к проходящему через салон члену команды, — будьте добры, скажите, сколько сейчас времени?

— По-московски — девять, — ответил пилот. — Вот же часы, перед вами, на стене.

— А я думала, что они стоят, — кокетливо проворковала дамочка. — На моих — двенадцать.

— Ну и отлично, — усмехнулся пилот. — Когда мы прибудем в Москву — там тоже будет двенадцать.

— Простите — поднялся с места зоолог Геолог. — Товарищи, вы никогда не задумывались над тем, с какой скоростью приходит Новый год? Со скоростью нашего самолета! Сейчас в Омске — двенадцать ночи, в Москву мы прибудем тоже в двенадцать, следовательно, все три часа полета у нас в машине будет Новый год!

— Совершенно верно, — подтвердил летчик. — На три часа время для вас остановится! Ни у кого еще, пожалуй, не было такого Нового года — не мгновенье, а три часа!

— Остановись, мгновенье! — пробасил Геолог. — Сказка! Мечта! Миф во плоти! Небо, как в планетарии, будет вращаться на наших глазах!

Самолет помчался на запад. Скорость не ощущалась, и даже мысль о том, что мы находимся на высоте девяти километров над поверхностью земли, казалась шуткой: так все вокруг было обыденно.

Стюардесса принесла несколько уютных елочек в блестках.

Мужчины в складчину покупали шампанское в буфете. Каждую секунду можно было кричать с «Новым годом! С Новым счастьем!» без боязни упустить великое мгновенье стыка двух годовщин.