Прок'oлов и накладок при вещании много, но судя по всему, это никого особо не заботит. Даже логика хромает на обе ноги, утренняя гимнастика, к примеру, чуть не месяц шла с 19–30. В самый прайм-тайм парочка гимнастов десяток минут махали руками и ногами с унылыми улыбками [173] . Потом перестроились на утро, и разнообразили свой арсенал всякими скакалками, турниками и обручами. Причем умудрились додуматься сделать это с переключением кадров между знаменитыми спортсменами, чтоб желающие могли выбрать что-то по душе.

Но все это не главное. Самое время вспомнить «Жертву телевидения» до сих пор почти неизвестного Высоцкого с его «Глянь – дома и Никсон и Жорж Помпиду!» [174] – на экране начали появляться прямые трансляции важных политических событий. И стартовала эта традиция с августовского визита генерала де Голля.

Прямо с трапа самолета французскую делегацию сопровождали камеры. В новостях шла спрессованная нарезка событий, более того, была запущена передача «Международная панорама», в которой какой-то профессор МГИМО по фамилии Зорин, но с очевидным еврейским лицом [175] , давал очень дельные комментарии событий. Тут уж мне пришлось «внезапно» обнаружить заныканный в НИИ телевизор, и утащить его на недельку к себе в кабинет. Издержки времени – никаких «отложенных записей», а тем более youtube, еще не придумали.

Собственно, только сейчас я узнал, что текущий визит французского лидера не первый в истории. Еще в 43-м Сталин и де Голль подписали в Кремле договор «О Союзе и военной помощи» сроком на 20 лет, и вообще, если б не позиция СССР, то при дележе немецкого пирога про Францию бы вообще забыли. А так – и при капитуляции кто-то от них подпись ставил, и оккупационную зону хоть и плохонькую, но отрезали. Вроде шикарная основа для долговременного сотрудничества, но с товарищем Хрущевым у них что-то не заладилось [176] . Зато с Микояном, судя по трансляциям, общение шло великолепно. Как ни кадр – оба довольные, чисто коты у разбитой банки сметаны.

Есть отчего, де Голль хорошо подготовился для снижения напряженности времен провозглашения независимости в Алжире. Еще в 63-м вывел из НАТО свой флот, в феврале 66-го призывал распустить этот блок вообще. Кроме того, вывез из США 825 тонн золота в обмен на 750 миллионов долларов. Теперь того же хотят Германия, Канада, Япония. А в Великобритании все совсем плохо, ее мировая империя разваливается на лоскуты под напором национально-освободительных революций. Запасов «желтого металла» нет, курс фунта неустойчив, для его стабилизации еще пару лет назад взяли заем на три миллиарда долларов. Но это не помогло, и вот только что, в июле, их правительство объявило шестимесячный мораторий на рост зарплат, цен и дивидендов, а также о введении валютного контроля. Товарищ Зорин аж глаза прищуривал в телекамеру, когда рассказывал о всех этих скандалах между странами мирового империализма.

Помотались зарубежные гости по стране знатно, и телевизионщики постарались не отставать. Иногда получалось вполне зачетно – к примеру, мотоциклетный кортеж в Новосибирске, тридцать гаишников верхом на «Уралах» творили настоящие чудеса на дороге вокруг генеральского лимузина [177] . Но это был лишь один из фрагментов путешествия по Советскому Союзу. За неделю – Ленинград, Киев, Волгоград, Свердловск. Настоящий марафон, в день по два-три объекта. Я бы от такого темпа с ног валился, а эти привычные, бодрячком, в камеры постоянно улыбаются. К моему удивлению, не постеснялись показать по ЦТ посещение могилы Сталина, и даже вытащить архивные записи его похорон. Но настоящий шок и трепет вызвал репортаж с Байконура. Причем не только у меня – реально вздрогнул весь мир.

На глазах французского премьер-министра, многочисленной делегации и телекамер был продемонстрирована работа двух тяжелых ракетных дивизионов. В течение двух часов из шахт в небо, на почти невидимых столбах гептилового огня, ушли шесть тяжелых ракет Р-16, способных нести шестимегатонные термоядерные боеголовки в любую точку земного шара. Тут же, на плакатах военные специалисты разъясняли всем желающим, что значит шесть мегатонн для среднего европейского города, а заодно – сколько подобных ракет имеется у США [178] .

Не знаю, как руководители СССР решились на такой откровенный демарш. Видимо, на самом деле верили, что оборудование сработает без сбоев. Но на технике дело не закончилось. Прямо в пристартовом городке, менее чем в десятке километров от боевых позиций, организовали что-то вроде митинга. После первого вала поздравлений слово взял Микоян, причем говорил он без бумажки, легко и непринужденно… По советским меркам [179] . Если перевести его получасовую речь в привычный для 2010 года формат, то получилось бы примерно следующее:

Только что все присутствующие на полигоне, а также многочисленные телезрители, видели демонстрацию мощнейшего оружия, которое наша коммунистическая партия и советский народ вручили вооруженным силам Советского Союза. Это огромная сила, способная нанести сокрушительное поражение любому агрессору, где бы он ни находился. Но одновременно огромная ответственность! Если одна такая ракета способна сжечь дотла крупный город, то тысячи или десятки тысяч способны уничтожать целые страны, и даже отбросить всю человеческую цивилизацию обратно в каменный век.