— Разумеется, — твердо кивнул Сорен и моргнул. — Вот что, я думаю, нам нужно немедленно собрать стаю и членов Лучшего в мире клюва в дупле Корина. — Вспорхнув с жердочки, он перелетел на отверстие дупла и огляделся по сторонам. — Скоро первые сумерки!

Первыми сумерками на совином языке называется время между последним лучом дневного света и первой вечерней тьмой. Эти сумерки иногда еще зовут лиловыми, и они всегда предшествуют Первой тьме — ведь, как известно всем совам, ночь никогда не спускается сразу. Именно в это время на Великом Древе всегда подавали ужин. Корин и остальные члены Лучшего в мире клюва, за исключением Руби, сидели в дупле Корина, с нетерпением ожидая, когда же Сорен и Отулисса объяснят, зачем они их так срочно здесь собрали.

— Где Руби? — спросила Отулисса.

— Ты же знаешь, что она терпеть не может рано вставать, — ответил Мартин.

— В этом я с ней полностью согласен, — шумно зевнул Сумрак. — Всегда любил выспаться хорошенько!

Честно говоря, все собравшиеся выглядели слегка заспанными — разумеется, за исключением Сорена и Отулиссы.

— Извините… Извините, я опоздала, — пробормотала Руби, поспешно влетая в дупло.

Отулисса посмотрела на Сорена.

— Наверное, начать лучше тебе?

«С чего же начать?» — на миг задумался Сорен. Руби и Мартин ничего не знали о Дворце туманов, значит, сначала нужно им все объяснить.

— Руби, Мартин, мы хотим посвятить вас в одну тайну, — медленно заговорил он. — Когда мы были еще совсем юными, то случайно открыли одно место, оно называется Дворец туманов.

— Дворец туманов? — изумленно переспросила Руби. Сорен вкратце объяснил, что Бесс взяла с них слово не рассказывать об этом месте никому, кроме Отулиссы и Эзилриба. Бесс была ученой совой, поэтому она охотно согласилась поделиться своими книгами и познаниями с самыми знаменитыми учеными Великого Древа — Отулиссой и Эзилрибом. Закончив рассказ, Сорен повернулся к пятнистой сове: — А теперь расскажи им о письме Бесс.

— Я выучила ее послание наизусть, — пояснила Отулисса, — поэтому прочитаю его на память.

Она желудком чувствовала растущее напряжение слушателей, поэтому начала с трех самых потрясающих предложений:

«Эти звездные карты составлены не Другими, а совами. В нашем мире существует шестое совиное царство. Оно называется Серединным царством, и я уверена, что оно находится в летной досягаемости от нас».

В дупле стало так тихо, что при желании можно было услышать, как падает не только перо, но даже тончайшая пушинка из опушки на совиных крыльях. Пожалуй, это была поистине мертвая тишина. А затем все разом заговорили:

— Шестое царство? Как далеко оно находится? Как мы туда доберемся? Когда вылетаем? Как вы думаете, нужно ли объявить об этом всему дереву? И что мы им скажем?

— Тихо! — приказал Корин. Все дружно повернулись к нему. — Давайте вести себя как взрослые и все делать должным образом. — Несмотря на сдержанный тон и осторожные слова короля, все видели, что Корин взволнован не меньше других. Он никогда не был во Дворце туманов. Он слышал о нем от стаи и уже давно мечтал когда-нибудь отправиться в это загадочное место, чтобы самому познакомиться с Бесс. И вот теперь, возможно, ему придется лететь на поиски шестого царства… Но на кого он оставит Великое Древо? В последний раз, когда он улетел, совы оказались на пушинку от катастрофы. — Сейчас главный вопрос не в том, когда мы вылетаем, а в том, как мы сможем это сделать.

Руби быстро-быстро заморгала глазами и подумала: «Что значит — как? Полетим! На крыльях. Как же еще?»

— Как вы считаете, должны ли мы сегодня же вечером сообщить новость парламенту? — спросил Корин.

На этот раз слово взял до сих пор молчавший Копуша:

— Первое: я считаю, что мы должны отправиться во Дворец туманов. Второе: мы должны лично просмотреть найденные документы и обсудить с Бесс все детали. Третье и последнее: если мы все-таки решим отправиться в шестое царство через Безымянное море, что само по себе вызывает массу вопросов, кто-то на острове должен знать о том, куда мы улетели. Значит, мы должны рассказать этому доверенному лицу о Бесс и Дворце туманов, на случай если мы не вернемся назад в течение лунного цикла.

— Если мы не вернемся в течение лунного цикла, — вставил Сорен, — отсюда во Дворец туманов должен быть выслан отряд сов. — Он помолчал и добавил: — Мне кажется, мы могли бы рассказать обо всем Эглантине. Или даже Эглантине и Примуле. Я готов поговорить с ними обеими.

— Прекрасно, мне кажется, у нас уже начал складываться план, — кивнул Корин. — Скоро ужин. Я понимаю, что мы все очень взволнованы, но прошу каждого из вас: держите клювы на замке. Никто не должен ни о чем узнать раньше срока.

— Ты прав, Корин, — сурово сказал Сорен. — Никому ни слова!

Вопреки закрепившейся за рептилиями репутации тупоумных, недоразвитых и примитивных существ, всем известно, что слепые домашние змеи Великого Древа (как и все прочие слепые змеи, работающие прислугой в совиных дуплах) обладают превосходной чувствительностью. Можно предположить, что утрата зрения невероятно усилила все прочие змеиные чувства, обострив их до кинжальной отточенности. Миссис Плитивер, домашняя змея, служившая Сорену с момента его появления на свет, не была исключением. Более того, среди всех слепых змей Великого Древа она отличалась наиболее тонким настроем чувств.