— А какой он из себя, этот Северус Блек?

— Не знаю, лица мы его не видели, он все время ходит в капюшоне. А вообще он феерически образован для своего возраста и собирается поступить на седьмой курс в Хогвартс.

— А где он учился до этого?

— Не знаю, мы не спрашивали. Но, если он собирается поступать в Хогвартс, то ему придется сдавать серьезные экзамены, я думаю. Надо будет спросить у Хагрида или МакГонагалл.

Северус Блек же отправился в Хогвартс, чтобы увидеть профессора МакГонагалл. Ему действительно требовалось уладить многие дела, если он хотел учиться в школе. В связи с последними событиями, СОВ и ЖАБА были перенесены на июль, и все равно многие из выпускников оставались на второй год, потому что в прошлом учебном году в основном боролись против власти Снейпа и Керроу, а не учились. Так что отпуска у преподавателей не получилось, но они не жаловались. Гарри прошел к кабинету директора, в который сегодня и всю следующую неделю не требовался пароль. Он вошел в кабинет, откидывая с головы капюшон (он боялся, что не сумеет скрыть шрам заклинаниями, но напрасно — после смерти Волдеморта вся магия шрама исчезла) и обнажая лицо, очень похожее на лицо Сириуса, каким тот был в семнадцать. Не прикрытыми магией он оставил только глаза. Профессор МакГонагалл нервно покосилась на такое знакомое лицо, а потом спросила, чего хочет посетитель.

— Профессор МакГонагалл, я пришел ходатайствовать о зачислении в Хогвартс на седьмой курс. Мое имя Северус Сириус Блек.

— У вас есть какие-нибудь документы об образовании? Аттестаты?

— К моему огорчению, нет. Я учился во многих школах, а иногда и просто дома.

— А могу я узнать о причинах столь отрывочного образования?

— Не беспокойтесь, со мной не было связано никаких несчастных случаев. Просто моя мать часто переезжала.

— Ну, тогда, если вы хотите впредь жить и работать в Соединенном Королевтсве, придется сдать экзамены СОВ, а для зачисления на седьмой курс — еще и переводные экзамены.

— А я смогу это физически успеть?

— Разумеется. СОВ будут проходить первые две недели июля, а переводные — остаток месяца. Напишите здесь, какие именно экзамены вы бы хотели сдать.

Парень написал и протянул пергамент директору. У нее округлились глаза за очками.

— Мистер Блек, вы уверены, что сможете сдать все эти экзамены? ЗОТИ, УЗМС, Травология, Трансфигурация, Зелья, Чары, Астрономия, Древние Руны, Нумерология?

Вместо ответа он взмахнул палочкой в левой руке, и обратил кресло в копию профессора МакГонагалл невербальным заклинанием. А потом — обратно.

— Хм, тогда почему вы хотите поступать на седьмой курс, а не сразу сдавать экзамены ЖАБА?

— Главным образом потому, что я хочу поучиться в Хогвартсе, профессор. Узнать школу, в которой учился мой отец и его друзья. К тому же здесь я смогу познакомиться с будущими коллегами и друзьями.

— Достойный ответ, мистер Блек. Тогда считайте, что экзамен по Трансфигурации вы сдали.

Он встал, собираясь покинуть кабинет директора, отметив неприязнь во взгляде портрета Снейпа и любопытство — в глазах портрета Дамблдора.

— Минерва, могу я попросить вас дать мне шанс поговорить с мистером Блеком наедине? — неожиданно обратился портрет Дамблдора к МакГонагалл.

— Боюсь, я не желаю с Вами общаться, Дамблдор.

— Почему же, мистер Блек?

— Потому что вы не сделали ничего, чтобы дать моему отцу шанс оправдаться. Вы же были Верховным Судьей Визенгамота, когда его схватили, не так ли, Дамблдор? Своим бездействием и попустительством вы обрекли моего отца на двенадцать лет заключения в Азкабане. Так что я не чувствую к вам ровно никакого уважения. Вы совершили слишком много ошибок, — парень стремительно покинул кабинет.

— Знаете, а этот Блек начинает мне нравиться, — ехидно протянул портрет Снейпа.

— Да, мой потомок вполне разумен, Дамблдор. Даже не ожидал от него, — добавил Финеас Найджелус.

А Дамблдор заметно сконфузился — нечасто его отчитывали школьники. Последний раз это делал Гарри, еще при жизни старого мага. Внезапная догадка осветила лицо на портрете, и тут же пропала. Этого не могло быть — Гарри был мертв, и не стоило искать несуществующего сходства между этим мальчиком и тем, который так долго был для него чуть ли не внуком.

Блек шел по главной улице Хогсмида. Похоже, старый маразматик что-то заподозрил. Северусу не следовало вообще говорить ему что-либо. Ну да сделанного не воротишь, а если Дамблдор и догадался, то у него нет никаких доказательств. Он завернул в Три Метлы, где обнаружил Хагрида, нянчившего кружку за стойкой. Гарри попросил у мадам Розмерты кружку медовухи, и присел рядом с Хагридом.

— Не против моей компании, профессор?

Хагрид посмотрел на обратившегося к нему парня и чуть не рухнул со стула.

— Вы словно призрака увидели, — меланхолично заметил парень, отпив из кружки медовухи.

— Дюже ты на Блека похож. Это мой знакомый, Сириус Блек, слыхал о нем? Он погиб два года назад.

Парень помрачнел и кивнул. Одним махом осушив кружку, он сделал знак Розмерте.

— Он был моим отцом. Я узнал об этом только после его смерти, когда его оправдали. А когда полгода назад умерла моя мама, я решил вернуться на родину отца. Но ждал, пока здесь закончится война, так или иначе. После смерти матери я взял фамилию Блек. А позавчера, когда я решил посмотреть на фамильный особняк, я обнаружил, что на нем лежат чары Хранителя. А потом я увидел, как из того места, где должен был находиться двенадцатый дом, появился человек. Я подошел к нему за разъяснениями, и чуть не вызвал его на дуэль. Это был Поттер.