– Вы кофе покупали?

– Нет, кофе точно не покупала. Это вредно все.

Мусорное ведро тоже было пустым.

– Я что-то выкинула лишнее?

– Да! Цветы в ведре были?

– Не помню.

– Белые лилии, они пахли так… большой блестящий скомканный букет.

– Не было вроде ничего.

Я кинулась в ванную. Насколько я помнила, я оставила там грязную рубашку, никак не отстирывавшуюся от крови.

Пусто.

– Ладно, девочки, я пошла к себе. – старушка решила убежать от моей странной кампании.

– Лик, она что-то важное выбросила? – Аня подошла ко мне, теребя в руках мой пакет.

– Нет, извини.
– Я обняла ее.
– Я себя веду по идиотски. Ты очень хорошая. И баба Варя хорошая, все правильно сделала. Это у меня не так все.

– Да ладно тебе, - она растаяла, - ты меня пугаешь уже. Носишься туда-сюда, про мусор расспрашиваешь.

Потом мы пили чай с принесенными бабой Варей печенюшками. И я рассеянно слушала рассказы Аньки про ее житье бытье и про спортзал, в который я так и не попала.

Когда она ушла, я методично стала прочесывать свою квартиру в поисках следов. Но то ли баба Варя так постаралась, то ли … Представить себе, что ничего не было, я не могла. Но я ничего не нашла, что говорило бы о моем присутствии здесь.

Со злостью я носилась по квартире. Потом выдрала бумагу и села писать.

Что я помню?

1. Выяснить в милиции были ли на самом деле дяденьки.

2. В больнице выяснить про врача и пациента. Съездить туда…

Буквы, словно дробь, вылетающие у меня из-под руки, заплясали, играя сложную сцену. Я отбросила ручку и нервно скомкала листок.

Какая разница, найду я там что-то или нет. Я поняла, что не хочу даже искать. Не хочу найти подтверждение того, что у меня с головой не все в порядке. А если я найду что-то… Уже неважно. Главное, что для меня это было реальностью. И все закончилось. Пусть даже кто-то хотел уничтожить все следы моего пребывания в другом мире. Я никогда туда не вернусь. Теперь моя жизнь здесь. Без магии. И без работы. И надо возвращаться в реальность.

А мое синее кресло загадочно молчало и не подавало никаких признаков потустороннего знания.

Зазвонил телефон. Устало, я сняла трубку.

– Да?

– Привет.

– Здравствуйте. Кто это?

– Ну ты даешь. Старых знакомых не узнаешь?

– Нет. – я перебирала в уме, кто бы это мог быть?

– Лика, у тебя все еще похмелье продолжается? Долго что-то.

– Вадим? – из памяти все-таки выплыл обладатель голоса.

– Узнала! Вот это да.

– Ты откуда мой номер узнал?
– я была действительно удивлена. Но если бы он сейчас сообщил, что ему было видение, то вполне бы с этим согласилась.

– После твоего странного звонка, решил проведать, как ты там. Дома у тебя никто не отвечает. Где все то?

– Родители в отпуск уехали.

– А! Тогда я позвонил Анне, - Вадим как всегда был педантичен. – И она великодушно предоставила мне твой новый номер телефона, по которому тоже кстати никто не отвечает, пришлось звонить ей еще раз и спрашивать домашний.

– Угу. Нормально все, спасибо. Что-то еще?

Голос в трубке удивился такому повороту. Я совсем не знала, о чем говорить с ним. Слишком далека была от этой жизни.

– Да ничего. Странная ты какая-то. Может мне заехать, помочь чем-нибудь? – Вечно он со своей дурацкой непонятной отзывчивостью. Толку от нее…

– Нет, спасибо. – я повесила трубку.

Смела со стола бумагу и кинула в ведро. Комок пролетел мимо ведра и благополучно застрял в проеме между стойкой раковины и стенкой. Вздохнув, я встала и пошла выковыривать его оттуда. Параллельно нашлись несколько засохших огрызков и еще ворох мусора. А поверх всего валялся еще один скомканный клочок бумаги.

Не веря своей удаче, я дрожащими руками достала его. Значит были все-таки цветы! А если были цветы – значит, я не сумасшедшая! Кто бы не поработал над уборкой моей квартиры, этот вонючий закуток пропустили.

Я застыла на корточках с скомканной запиской в руке. А вдруг сейчас окажется, что цветы были задолго до пятого мая? Вдруг, все-таки у меня едет крыша?

Я разгладила бумажку.

Ровным подчерком на клочке бумаги было выведено:

Забавно было. Жду еще сюрпризов из твоей квартиры.