– Да как же его к ребятам послать, – кричит Колбасин, – когда он с женой скандалит! Вон у меня сколько писем на него! Он жену до истерики доводит – дома не ночует.

– Хорошо, – решает начальник. – А вот Сергиенко сидит, как он?

Колбасин опять недоволен:

– Я его вчера застукал, он в рабочее время под столом самовар паял.

Нестеркин кричит:

– Что же это получается? Не цех у меня, а пристанище какое-то. Как я с такими людьми десять лет работал, план выполнял?! Что же у нас ни одного порядочного сборщика нет?

Тут я встал.

– Есть, – говорю.

Люди вздохнули – ну, слава богу!

– Хотя бы Корзинкина. И на работу приходит вовремя, и с мужем не скандалит. Верно?!

Мастер Колбасин кивает, мол, так.

– И металлолома в прошлый субботник больше всех собрала. Так?

Мастер кивает: так.

– И вышивает она лучше всех крестиком. Ее работы даже на выставку берут. А как она котлеты жарит!

– При чем тут котлеты?! – кричит начальник цеха. – Мы же приборный завод, а не фабрика-кухня! Работает-то как она?

– В работе, – говорю, – есть у нее один маленький недостаток. Не умеет она приборы собирать, она тока боится.

Тогда Нестеркин встал и заявил:

– Ну, вот что. Нас просили лучшего сборщика прислать, а не ангела. Посмотрите показатели за три последних месяца, кто больше всех приборов собрал, того и посылайте.

И, как ни странно, этим человеком я оказался. Мастер Колбасин за голову схватился.

– Как же его посылать?! Он же там цирк устроит! Опозорит нас!

Но делать нечего – послали.

И вот в рабочее время вызывают меня на проходную. Машина подана, едем в школу выступать.

Главный инженер Дмитриев Виктор Павлович, наладчик-механик Бычков, слесарь-разговорник Розов, сборщик-электрик – я.

Дмитриев меня узнал:

– А, главный спальщик! – И стал своему шоферу рассказывать: – Знаешь, какую штуку он с матрасиком учудил!

Сам Дмитриев здоровый, а шофер у него еще здоровее. И одеты одинаково. Ну, просто два бугая. И кто из них кого возит, не поймешь. Кажется, два замминистра из главка прибыли.

Всю дорогу Дмитриев про меня рассказывал и закончил так:

– Надо же, такой лодырь, и вдруг на тебе, лучший сборщик! Чудеса в решете!

Встретили нас в школе с цветами. В зале полно ребят – десятиклассников. Собрались они без особого энтузиазма. Дел у каждого невпроворот, а тут сиди и слушай скукомотину про производство.

Лица у ребят прекрасные – незапуганные и независимые. Так и видно – несколько вожаков сидят, причем одна – девочка, а вокруг них водовороты компаний.

Школьное начальство нас представило, и Дмитриев начал выступать. Выступал он всегда резко и интересно:

– Ребята, вы знаете, что в больших городах средняя производительность труда выше, чем в маленьких? И намного выше. А почему?

(Пауза.)

– Ну, что молчите? Думаете, что в провинции люди глупее? А в больших городах более умные живут? Особенно в столицах… Правильно?

(Одобрительная пауза.)

– Кто согласен со мной, поднимите руки.

Поднялось несколько весьма неумных рук.

– Так вот те, что подняли руки, несут чушь. Даже самый темный крепостной крестьянин времен Пушкина из глухой деревни запросто облапошит в жизненной ситуации современного десятиклассника. Потому что он умнее по жизненному опыту. А дураки и у нас в Москве встречаются. Чего там далеко ходить. Вчера звоню по телефону. Снимает трубку какой-то олух:

– Алло, – говорю, – можно Галилова?

– Чего?

– Галилов есть?

– Нету.

– А Игнатов?

– Чего?

– Тьфу, ты! Это какой телефон?

– Чего?

– Номер у него какой?

– На нем нет номера.

– Просто пещерный житель. Дурак коллекционный, марочный.

Школьники засмеялись. Приятно, когда высокое начальство так весело ругается с трибуны.

– Дело не в том, что в провинции дураки живут. А в том, что в больших городах средний уровень образования выше. Школдесятилеток больше. А кто сейчас является золотым фондом каждого завода? Ребята двадцати-двадцати пяти лет – бывшие десятиклассники. Кому их больше удастся заманить, тот через пару лет и по качеству, и по сложности продукции другие заводы обскачет. Они чертежи читать умеют, физику знают. По крайней мере, есть ли ток в цепи, пальцами проверять не станут, а прибор возьмут. А самое главное – они обучены обучаться. Приготовлены к процессу постигания неведомого. Они понимают, что и зачем они делают, а не трудятся, как мартышки. Осмыслить им важнее, чем выполнить. У кого есть возражения?