Шрифт:
Перед сном
Счастливо, солнечно, заснежено. Потом — печально, сумерки, затишие… Ночное. Заманчивое, мягкое… (мучное?) — не равное дневному… Сна поток, текущий разноцветными путями, по-своему, в обход и через нас, чуть видимый, как травы через наст, оставшиеся осенью, утянет в какую из сторон? Должно, Бог весть. И ночь творит нам маленькую месть… 22 февраля Оборачиваясь
Ты подумай – они не придут, что прошли, как идут к водопою, по часам, «по реестру» – толпою, одиноко ли… Видно, толково, раз им там, за спиною, приют. Это прошлое, прошлые дни, что не пятятся, не повторятся. Им ещё не хватает «до ряда» проходящего, Боженьки ради, молодого, в надеждах одних… Ты его не держи, не гони, лишь вселись в его вольную лодку и поправь, если надобно, ловко направленье… И помни о них, на подушку склоняя головку… 23 февраля Не оборачивайся!
Не оборачивайся! Здесь носи в себе незабытое (не это слово завитое) — зерно в глубокой борозде. Не оборачивайся зря! Здесь мало дела, много долга, и не хватает жизни толку закончиться в ноздрю ноздря… Не оборачивайся, как упрямая «жена Содома», отпущенная с миром. Домом ей столб солёный – кара кар. Не оборачивайся вслед худой хуле, забвенью, распре… И на Того, Который распят, смотри, обёртываясь в свет. 23 февраля 80-Летие Алексия II (Ридигера)
Почивший Патриарх да кроха-пёс, да небо, могилы и кресты. Да Промысел, да Крест, который нёс, да слёзы небесной красоты. Бессмертная душа ещё в земной юдоли (знакомые края). Идущий впереди идёт за мной — се воин, споручником храня меня с тобой… Теперь, заглядывая в очи Предстателя, ловлю нездешний свет, тепло нездешнее и молча я чувствую – люблю. 23 февраля ЧТО ОБЩЕГО, НЕ ЗНАЮ,НО ФЕВРАЛЬ…
1. Нет, не февраль…
Какой февраль изменчивый, однако. Бульвар в снегу. Дорога, тротуар — в распутице, дожде… И только одинаков со звонницы размеренный удар, зовущий, возвещающий… Высоко, кто верностью и преданностью полн. На мир невысоко смотря из окон, сосед мой делит целое… И пол — пространства жизни видит и не видит другую половину… Смесь, февраль… Без паузы накручивать на винтик сомненья продолжает месяц-враг текущее… 2. Без календаря
Текущее… Текущее утащит в берлогу, где и дрёма, и медведь. И выставит на дальний перекрёсток, и исподволь позволит полетать… В нём есть, как отражение у тайны, обратное и будущего весть. Ты в нём что несуразный переросток, примеривший костюм не по летам… В нём справно, но и будущим, и прошлым приправлено житьё. И хочется вложить умеренную прошву в безмерное шитьё. 23 февраля Где грустно так…
На белый свет не посмотрев, сижу, плету кудель. Немеют пальцы. После треб так надобно гудеть ногам… За пальцами душа подводит, от и до… И вылить на сердце ушат неплохо. Хворь – водой стирается… Стереть изъян, зажить другой судьбой… Но, бросив рукоделье – я ль? предстану пред Судьёй. 25 февраля У окна
Как год назад, на волю поворот. Но из окна насмотришься ль на волю?
Что толку заглянуть на волю из-за рамы? Пейзаж привычен и едва теперь пейзаж. Лишь чаять и болеть и знать его заране смотрящему туда и выпавшему аж — не из окна, не из… Но выпавшему веско. Пойду и подниму хоть что-то, хоть чуть-чуть. Мир делится всерьёз не тленной занавеской — Завесой. Воля – Там. Здесь – медленно молчу… 25 февраля