— Доброе утро, — сказала она.

— Доброе, — отозвался мужчина. — Как спалось?

— Как на камнях, — ответила она, невольно улыбнувшись. — А тебе?

— Ну, знаешь, случалось проводить ночь и в менее комфортных условиях, — ухмыльнулся бывалый солдат.

— От тебя исходит тепло, — заметила Мелоди.

— И от тебя тоже, — улыбнулся ей Джон в ответ. — И уж наверняка от Чили.

— Это да, — согласилась девушка, ласково взглянув на продолжавшего мирно спать пса. — А еще ты жесткий, — добавила она.

— А ты, — наоборот, мягонькая, — интимным полушепотом произнес Джон. — Как котеночек. Такая, мягкая, что можно сойти с ума, — пылко забормотал он, притянув Мелоди к себе и не ощутив при этом ни малейшего сопротивления с ее стороны.

Мелоди томно вздохнула и тут же заметила блеск в глазах Джона. Эти странные сполохи вспугнули ее.

Джон почувствовал напряжение девушки и ослабил хватку. И в то же самое время, отняв от нее одну руку, другой осторожно дотронулся до уголка ее рта.

Губы Мелоди разомкнулись. Джон нежно обхватил ее лицо ладонями и осторожно поцеловал.

После этого недолгого поцелуя они посмотрели друг на друга. Взгляд Мелоди затуманился.

— Еще, — пробормотал Джон и теперь уже решительно впился в ее сочные губы.

Джон перекатился на бок и приподнялся на локте.

Он молча наблюдал за тем, как Мелоди деловито готовит завтрак из остатков вчерашней провизии, курсируя по комнатушке.

Наслаждаясь этим зрелищем, Джон чувствовал всем своим телом близость Мелоди.

Она целовала его, как ни одна другая женщина до этого. Подобно раскаленной стали, эти поцелуи обжигали губы и гортань, огнем вливаясь в его жилы и растекаясь кипучей кровью.

Наконец-то Джон узнал ее в страсти. И мог поклясться, что теперь ему известно, кто такая Мелоди Кроуфорд.

Чили уже давно был на ногах и вился возле двери.

— Ты прав, парень, — заметил Джон, резко поднимаясь на ноги. — Пора поискать подходящий кустик.

Мелоди дождалась, когда дверь за ними закроется, и тяжело вздохнула.

Девушке казалось, что Джон чем-то недоволен, нет, даже зол. И это ее пугало. Ей, живущей в уединении, злой человек всегда представлялся более опасным, чем любой дикий и кровожадный зверь. И дело здесь даже не в наличии или отсутствии оружия, которое Мелоди так не терпела. Есть в человеческом существе такая жестокость, которая никому из зверья не свойственна. Вотименно проявлений этой жестокости Мелоди и боялась больше всего, именно потому и выбрала уединение.

Саму себя Мелоди никогда не считала одинокой. У нее были любимые собаки, ее добрые и преданные друзья, которые чувствовали каждый оттенок настроения девушки, никогда не разочаровывали ее, умели быть благодарными.

Дверь охотничьего домика открылась. Вбежал Чили. Джон торопливо затворил дверь и, нарочито вздрогнув, пробурчал:

— Бррр, холодина.

Их взгляды на мгновение пересеклись.

В глазах Джона Мелоди увидела тепло и понимание. Этого могло оказаться достаточно для того, чтобы она больше ни о чем не волновалась. И все-таки напряжение и подозрительность никогда не отступали так легко. В сознании Мелоди продолжало пульсировать закравшееся опасение.

Девушка жестом пригласила спутника к столу. Она не считала себя ни в чем виноватой, поскольку ничем не была обязанной ему. Но все-таки испытывала чувство неловкости.

— Да, все верно. Не помешало бы перекусить, — дружелюбным тоном заметил Джон. — Только подкину сначала дров в огонь.

— Завтрак скудный, — сухо констатировала Мелоди.

— Хоть такой есть, — улыбнулся Джон.

— Хорошо, что Чили не привереда, — смягчилась она и нагнулась, чтобы почесать пса за ухом.

— Иди-ка сюда, — позвал ее Джон. — Тебе стоит это увидеть.

Первое мгновение Мелоди колебалась, но глупо было поддаваться панике, и она подчинилась.

— Вот, посмотри.

Джон стоял у окна, которое было таким узким, что Джон почти полностью его загораживал.

Когда Мелоди приблизилась, он притянул ее вплотную к себе и жестом указал на видневшуюся сквозь грязное стекло вершину горы, укутанную пушистыми облаками, золотящимися в лучах утреннего солнца.

— Ну, как тебе это? — с детской гордостью первооткрывателя спросил мужчина.

— Красота, — протянула Мелоди, которая давно уже сроднилась с горами и лесами вокруг.