прическа от Тони-энд-Гай, личность от Рональда Макдоналда

МАЛАКИ — УРОД И МУДИЛА

джинджер Зайда

МОЯ ТВОЯ ЛЮБИТЬ ДАВНО-ДАВНО

ЗАВТРА ПЕРВЫЙ ДЕНЬ КОНЦА ЖИЗНИ — ВОТ ХРЕНЬ!

Не дергайся и будь счастлив МУУМБЕ

Я единственный гей в деревне ДЕВСТВЕННИК

Высоко подняться просто, влезь на дерево

Все мудаки кроме меня

ЛЮБИ СВОЮ МЕЧТУ

МАРВИН П — ВЗЛОМЩИК ВОЛОСАТЫХ СЕЙФОВ

БУДЬ ДОБРЫМ ТОЛЬКО НЕ СО ВСЕМИ ПОДРЯД

Предупреждаю: будущего нет!

МОТАХИР трахни шлюху на разминке

НАТАША ИНДИЯ

КУРИМ ВСЕ

Бог был моим штурманом, но мы разбились в горах, и я его съел

ВСЕМ НА ВСЕ НАСРАТЬ Джек

ЧУРКА АЗИАТСКАЯ

Говорю тебе: ты ослепнешь

МЮНТЕР КУПИ ЕЩЕ ДРЯНИ Лестер

мы все сделаны из звезд симона Коринна

ДЖЕЙСОН Б ТРАХАЛ МОЮ МАМОЧКУ

НИНДЗЯ ПРОТИВ ЭМО

укуси меня за блестящую металлическую жопу! Майкл Д

УМНЫЕ СЛОВА

Наш отброс школу перерос!

ВСЕ БУДЕТ КЛЕВО!

Каждый раз, когда я не говорил, что люблю тебя, я лгал Нахид

ЛЮБЛЮ ПОГЛУБЖЕ В ЗАД

Все смотрели в окно. Одиннадцатый класс выпустили перед нами. Кое-кто из них забросил свои джемперы на деревья, кое-кто захватил с собой суперполивалки и водяные бомбы и устроил баталию. Все вмиг сделались мокрые. Зверски круто. Там и тут завязались драки, так что стало еще прикольнее. Мы дождаться не могли, когда нас выпустят, всем хотелось побегать, высунув язык, как собачки. За пять минут до конца мы запели.

Все вокруг:

— Мы хотим свободы! Мы хотим свободы!

Первый начал Кайл Барнс, за ним подключились все остальные, даже тихони. Круто было. Мы барабанили по партам и орали.

Все вокруг:

— На волю! На волю! На волю!

В конце концов мистер Кэррол сдался и прервал урок. А то целое восстание бы поднялось.

Мистер Кэррол:

— Ваша взяла. Всем замечательных каникул. Ведите себя хорошо!

Все вокруг:

— Обязательно!

Правило «По лестнице не бегать» вылетело из головы, ноги сами несли тебя вперед. Получился типа забег во имя будущего. Типа лето принадлежит тому, кто первый выбежал во двор.

Все обвязали галстуки вокруг головы и ловили ртами струи дождя. Мы с Поппи шли к воротам вместе, держась за руки. Классно было. Сердце у меня колотилось. Поппи была еще красивее, чем всегда. Даже страшновато стало. Дико, конечно, но это так. Мне вспомнилось, какая она красавица, и воспоминание меня напугало. В животе все перевернулось, словно я в самолете.

Я:

— Хороших каникул тебе.

Поппи:

— И тебе тоже. Ты поедешь в Гану?

Я:

— Нет. Я в зоопарк собираюсь выбраться. Пойдешь со мной?

Поппи:

— Не могу. Я еду в Испанию.

Я:

— Насовсем?

Поппи:

— Нет. Всего на две недели.

— А в эту школу ты вернешься?

Поппи:

— Конечно. А ты?

Я:

— Думаю, да.

Поппи:

— Это хорошо.

Сказать бы, что я ее люблю, да не выходит как-то. Очень уж возвышенно получается. И глупо. Пришлось эти слова проглотить. Пусть до поры до времени посидят у меня в животе.

Поппи:

— Будешь отправлять мне эсэмэски?

Я:

— Ладно.

Поппи написала свой номер у меня на руке. Щекотно. Цифры вышли лиловые. Я пришел в восторг, будто получил сообщение с наилучшими пожеланиями. Не стал ей говорить, что у меня нет телефона. Ничего, одолжу у Лидии, думаю, не откажет. Попрошу себе телефон на день рождения, всего-то месяц остался. Пусть будет без камеры, неважно. Главное, чтобы с Поппи можно было поговорить…

И тут Поппи меня поцеловала. Ни с того ни с сего. Несколько раз, прямо в губы. Восхитительно. На этот раз я не испугался. Поцелуй был теплый и совсем не мокрый. И никакого языка. Дыхание ее пахло апельсиновым «Тик-таком». Микита моментально вылетела у меня из головы, забыть и затоптать.

Я закрыл глаза, продолжая идти вслед за Поппи. Какие мягкие у нее губы. Само умиротворение. Так бы и заснул навсегда.

Коннор Грин:

— Эй, глядите, у Гарри деревяшка! Что случилось, сегодня что, Праздник Деревяшек?

Коннор Грин принялся кидаться в нас ватными шариками. Я словно пробудился от сладкого сна, когда и просыпаться-то не хочется.

Поппи:

— Отсохни, Коннор.

Мы подошли к воротам, где Поппи ждала мама. Хорошо бы их машина сломалась и я проводил Поппи до дома пешком!