Шрифт:
З-Омби:
— Понтогон затраханный. Любой дурак так сможет.
Мертвый пацан:
— Давай-ка попробуй. Посмотрим.
З-Омби:
— Иди нах, сопля, не путайся под ногами.
Убейца:
— В рог дать?
Мертвый пацан:
— Потише, парни. Ведите себя хорошо.
Я стоял за забором и все видел. Сперва З-Омби толкнул пацана, потом Убейца. Потом пацан толкнул Убейцу. Глаза у всех налились кровью. Шло по нарастающей: то они его пихнут, то он кого-нибудь из них. Наконец пацан так толкнул Убейцу, что тот упал, футболка задралась и стала видна ручка отвертки, заткнутой сзади за пояс. Даже звуки ударов были хорошо слышны. Никто не собирался останавливаться, словно кто-то нажал не на ту кнопку и махач будет продолжаться, пока батарейки не сядут. Участники игры, в основном ребята помладше вроде меня, стояли и смотрели. Драка закончилась, только когда кто-то попытался спереть у пацана велик. Тут уж, ясное дело, бросай все и лови вора.
Убейца:
— Перебздел! Очко заиграло!
З-Омби:
— Беги, беги!
Я думал, представлению конец, но пацан сел на свой велосипед и вернулся назад. Набрал полный рот воды из бутылки и как фыркнет на Убейцу. И майку ему залил, и вообще.
Мертвый пацан:
— Это у тебя очко играет, ссыкун!
И укатил. Убейца был злой как черт. Вода с него так и капала. Мальчишка из тех, что помладше, кинул в него мячом.
Мальчишка из тех, что помладше:
— Ссыкун!
Вот тут-то я понял: кого-нибудь обязательно убьют, и быстренько побежал домой, чтобы только не меня. Дело было давным-давно, я только приехал в Англию. Сейчас баскетбольная площадка почти все время пустая. Кто-то порвал сетки и попытался поджечь столбы. А корзина без сетки вроде как и не корзина.
Дин лежит на земле под баскетбольной корзиной, глаза закрыты, руки разбросаны в стороны, будто у ангела.
Дин:
— Да не чувствую я ничего, говорю же тебе!
Я:
— Это все потому, что он не был с тобой знаком, дух тебе не доверяет, не знает, друг ты или враг. Все путем, дух, он со мной. Мы хотим помочь.
З-Омби:
— Эй, и что тут парочка недоумков вытворяет? Наркоты на завтрак объелись?
З-Омби и Шиззи блокировали калитку. За оградой маячит Убейца, на нем висит Микита. Я быстро перебрасываю через забор телефон Лидии, авось в траве не заметят.
Шиззи:
— Знаете, что границу нарушили? Платите теперь налог. Сколько у вас с собой?
Дин:
— Нисколько.
Шиззи:
— Не зли меня.
Заставляет Дина вывернуть карманы. У Дина при себе 63 пенса. Шиззи отбирает. Ничего не могу поделать. Бежать тоже некуда.
Шиззи:
— А кроссовки?
Дин:
— Что кроссовки?
Шиззи:
— Скидывай, пока в бубен не заработал. Повторять не буду.
Дин снимает кроссовки. На носках у него теннисист. Это и есть его самые любимые носки? Вопрос не ко времени.
В кроссовках ничего не спрятано.
З-Омби:
— А как насчет тебя, Гана? Колись, что заныкал?
Я:
— Ничего.
В животе у меня делается холодно. Сжимаю в кармане кошелек мертвого пацана с фоткой.
Шиззи:
— Что это там у тебя?
Хватает меня за руку и тянет. Стараюсь затолкать ее поглубже в карман. Напрягаюсь изо всех сил, сжимаю пальцы. Передо мной возникает лицо мертвого пацана, живое и смеющееся. Никто нас не разлучит. Тут Шиззи наступает мне на ногу залезает в карман и вытаскивает кошелек. Фотка падает на землю.
Шиззи:
— Что это? А денег нет? Где бабло?
Обыскивает кошелек (там пусто) и отбрасывает в сторону словно никому не нужный мусор, никчемную ничью вещь. Убейца подбирает фотку. Делается тихо. Лицо у Убейцы застывает. Он не отрываясь смотрит на фотку, будто хочет сжечь ее взглядом.
Убейца:
— Откуда это у вас?
Дин:
— Нашли.
Микита:
— Да это ерунда. Всего-навсего фото, оно ничего не значит.
Убейца:
— Тебе-то почем знать? Тоже мне эксперт. «Значит — не значит».
Микита:
— Я просто сказала свое мнение, мальчики.
Убейца:
— Отлипни от меня.
Стряхивает Микиту. Та отлетает в сторону. Сама виновата, нечего было вешаться на шею. Дин надевает кроссовки. Воздух сгустился от преступных мыслей, я будто тону в море черноты. Убейца ест глазами фотку.
Не удивлюсь, если она загорится прямо у него в руках.
З-Омби:
— Реши вопрос. Раз и навсегда. Ну?
Убейца:
— А если мне не хочется? Это дерьмо зашло слишком далеко. Все, конец.