– Не буду.
– Заверил её Кирилл Глебович.
– Я вообще не расположен смеяться в присутствии людей, которые, порвали кодлу Занозы, не заработав при этом ни одной царапины. Поверьте, я говорю это без малейшей иронии, или сарказма.

– Я сюда трусы зашла приобрести.
– Заговорщицки сообщила ему Лихо.
– Но даже померить не успела - верите, нет? Набежали какие-то буйные, начали хозяина этой милой лавочки пистолетом по лицу охаживать, даже толком ничего не объяснили - чего им надо. Хорошо, что я не одна была. Представляете, какой стресс?
– забегают, бьют, хорошо хоть - не насилуют.

– А друзья, я так полагаю - группа поддержки при мерке нижнего белья?
– Задумчиво покивал Кирилл Глебович.
– Дело нужное, никто не спорит. А кроме трусов, ещё думали брать что-нибудь?

– Да, так - по мелочи. Горючка, еда, водички в дорогу.

– Ашот!
– Человек с немигающим взглядом повернулся к пытливо ловящему каждое его слово торговцу.
– Отдашь этим людям то, на что договаривались, и не возьмёшь с них ничего. Понял?

– Понял, да!
– встрепенулся Ашот.
– А...

– Я на два месяца освобождаю тебя от налога. В качестве компенсации за моё опоздание. Если бы не этот сраный пост, откуда он только взялся? Сроду его на этом месте не было...

Он в первый раз позволил себе проявление эмоций, и тут же убрал возникшее раздражение, как будто прихлопнул ладонью севшую на рукав муху. Снова поглядел на Лихо.

– Да отпустите вы этого убогого...
– Он сделал движение головой, и двое из его команды подскочили к долговязому, мигом прибрав к рукам.
– Недолго ты, Заноза, сидел у меня в заднице. А ведь я предлагал сработаться по-хорошему. М-муда-ак...

– Сука ты, Критик...
– Долговязый поднял голову, расширенными зрачками ловя взгляд стоящего напротив него человека.
– Да я тебя ещё в очко буду жахать, как только...

Кирилл-Критик отточено, без замаха, ткнул его сложенными указательным и средним пальцами в кадык. Заноза поперхнулся собственными словами, и захрипел, пытаясь глотнуть воздуха. Следующий удар Критика размозжил долговязому нос.

– Убрать.
– Коротко бросил он, сразу потеряв интерес к Занозе.

Обмякшего долговязого потащили куда-то вглубь ангара. Туда же, спустя несколько секунд, подгоняемые красноречиво наставленными на них стволами, похромали способные держаться на ногах, соратнички Занозы. Остальных, потащил появившийся неизвестно откуда, персонал Татуляна.

Блондинка с друзьями проводила процессию равнодушным взглядом. Что случится с восьмёркой, как их будут "критиковать" дальше - не интересовало ни капли. Каждый сам выбирает свой путь, и только капризная фортуна иногда ставит на пути такие препятствия, которые невозможно обойти при любом желании. Сегодня таким препятствием для Занозы, и его архаровцев, стала их тройка.

– Есть какие-то просьбы?
– Критик без особых эмоций посмотрел на Лихо.
– Я, как вы уже, наверное, сообразили - некоторым образом оказался обязан вам, за ту помощь, которую вы мне оказали. Признаюсь честно - не люблю быть обязанным. Но хуже этого - прослыть человеком, который не способен отвечать адекватно, на слова и поступки. Про меня никогда такого не говорили.

– Просьб нет.
– Блондинка отрицательно покачала головой.
– Сейчас дождёмся полного комплекта приобретённого, и отчаливаем. Полагаю, наша помощь больше не понадобится.

– Как скажете.
– Кирилл Глебович смотрел, по-прежнему не мигая.
– Если что-то вдруг не устроит - обращайтесь сразу же, я буду здесь ещё с полчаса. И приношу вам свою благодарность. Конечно, Заноза не тот субъект, который способен доставить безмерное количество крупных хлопот... Но, согласитесь, что репутация, которую зарабатывают годами, требует постоянного подтверждения. А неприятность, могущая сегодня иметь место, с человеком - который находится под моей опекой: негативно сказалась бы на репутации. Не смертельно, но неприятно. Ещё раз примите мою благодарность. Если что - я здесь.

Он размеренным шагом отправился туда, куда увели и унесли поверженного противника. Шатун с Алмазом приблизились к блондинке.

– Вот так живёшь, по газонам не шляешься, законы чтишь, окурки - и те, в отхожее место бросаешь...
– Лихо легонько хмыкнула, глядя вслед Кириллу-Критику.
– А потом - бац!
– и ты на стороне криминала, причём не самого мелкого. Такие вот пируэты от тётушки судьбы, дорогие мои землячки, и сообщнички. Как вам такой поворот на сто восемьдесят? Угрызения совести наличествуют?

– Хрен дождёшься...
– Пробасил Шатун.
– У меня эта самая совесть, после Суровцев и Замурина - целиком и полностью атрофировалась. С чертом из одной плошки парашу хлебать буду - лишь бы Сдвиг раком примостить половчее.

– Аналогично.
– Высказался в пространство Алмаз.
– Идейно подписываюсь под предыдущим высказыванием. Без дополнений и редактирования стиля.

– И чего это я, с вами такая согласная?
– Насмешливо протянула Лихо, очаровательно улыбаясь пробегающему мимо Ашоту. Тот уже успел где-то умыться, и привести себя в божеский вид. На улыбку блондинки он часто закивал, и лично бросился подносить к воротам ангара, упаковку бутылок с питьевой водой.