– Алмаз, присматривай за этим романтиком.
– Лихо поглядела на очкарика жёстко, и тот слегка умерил пыл.
– Ваше дело - ходить, нос совать куда сможете. Вопросов лишних не задавайте. Я бы сама с превеликим удовольствием прогулялась... Только боюсь, если мои выводы верны, может получиться сущее непотребство, с пальбой, и игрой в догонялки. Вернётесь, доложите. Слишком не задерживайтесь. Если почувствуете, что вам уделяют внимания больше, чем бы того хотелось - сваливайте. Всё понятно?

– Сделаем.
– Кивнул Алмаз, выбираясь из машины.
– Пошли, книгочей. Пора собирать информацию.

Они прогулочным шагом вышли из-за угла, и направились к уже несколько разросшейся толпе, стараясь не привлекать излишнего внимания. Подошли, и начали сливаться с массами, что не составило труда - в толпе преимущественно находились лица сильного пола, возрастом от сорока годочков, и выше. Лихо бы и вправду выделялась бы в этом сборище, как фламинго среди ястребов.

– Смотри...
– Шепнул Алмаз Книжнику.
– Во все глаза. Языком не мели, и от меня ни шагу. Понял?

Очкарик кивнул. В глазах у него, не до конца притушенный стальными интонациями Лиха, горел огонёк идущей по следу гончей.

– Что случилось? Чего случилось-то?
– Алмаз расчетливо проталкивался через толпу, стараясь обходить стороной людей с красными нашивками, и пробираясь туда, где были слышны голоса, способные дать хоть какое-то понимание ситуации. Книжник прилежно шёл за ним, вертя головой во все стороны, закачивая информацию.

– Что случилось, мужики? Что за переполох?
– Алмаз остановился возле двух персонажей, только что оживлённо обсуждавших что-то, и замолкших при приближении незнакомцев.
– Я, бля, с земляком договорился здесь через пять минут пересечься. Прихожу, а тут такой аншлаг. Что стряслось, просветите, если не государственная тайна, конечно...

Вид у него был до упора простецкий, располагающий к себе. Он глядел на стоящих напротив него людей, терпеливо ожидая ответа. Высокий, чем-то похожий на филина мужик раскрыл рот, вне всякого сомнения - собираясь что-то ответить, но в этот момент ситуация поменялась.

Дверь находящегося неподалёку особнячка резко открылась. Из неё - в сопровождении нескольких вооружённых, впечатляюще - даже по мерках Алмаза, выглядевших организмов: вышел человек среднего роста, шагающий размашисто, легко, упруго. Лицо у него было резким, властным, в грубоватых чертах проглядывало что-то хищное, жёсткое.

Но дело было даже не в походке, или тонких, изогнутых в довольной усмешке губах. У человека было лицо победителя. Такие выражения лиц, бывают у людей, только что одержавших важную победу, к которой они шли не один день.

Лёгких ропот, ползающий по толпе, молниеносно смолк, одновременно с появлением нового действующего лица. Книжник повернулся в сторону вышедшего на улицу, намертво схватывая подробности, нюансы, штришки... Поджарый, левша, короткая стрижка: левая штанина забрызгана кровью чуть ниже колена. Хорошо забрызгана; и пальцы правой руки - тоже испачканы, только кровь уже успела высохнуть.

– Крыса! Пидор!
– В толпе вдруг наметилось оживление, и из неё выскочил растрёпанный человек, направляющийся прямо к победителю.
– Будь ты проклят, ублюдок! Да я тебя...

Хищнолицый, самую чуточку сбившись с темпа, поднял руку. В руке, как успел заметить Алмаз, находилась отличнейшая полуавтоматическая машинка для вправления, или же для выбивания (в зависимости от обстоятельств) мозгов. Давно заслужившей международное признание, немецкой фирмы "Вальтер". Пистолет коротко тявкнул, и растрёпанный получил пулю в голову, кулем свалившись на асфальт.

– Есть ещё желающие?
– Беззаботно, даже с какой-то веселостью - поинтересовался победитель, нацелившись в толпу.
– Давайте, высказывайте свои пожелания. Сегодня последний день, когда можно. Завтра все плюрализмы отменяются. Все поняли?!

В его голосе заплескался раскалённый металл, и толпа частично попятилась, Алмаз явственно почуял волну страха и неуверенности, исходящую от людей. Бойцы с красными нашивками отделились от толпы, и теперь стояли, держа автоматы наизготовку. То, что они будут стрелять по толпе, при самом мизерном намёке на сопротивление - не вызывало у Алмаза ни единого сомнения.

– Разойдись!
– Скомандовал победитель, не опуская руку с пистолетом.
– Не заставляйте меня делать "пиф-паф!". Я сегодня уже достаточно натрудил руку, расчищая для вас же - дорогу к светлому будущему. Расходитесь, граждане! Жизнь продолжается, пускай и немного по другим правилам.

Толпа начала рассеиваться, хищнолицый смотрел на этот исход со снисходительно улыбкой человека, нисколько не сомневавшегося, что так оно и будет. Алмаз потянул Книжника за рукав.

– Пойдём, здесь больше ловить нечего. Кроме пули...