– Убежден, – непререкаемо сказал Зигвальд. – Беретесь за дело?

– Думаю, нам следует немедленно переговорить с капитаном. Всем вместе. Я не первый год в море, помню, что происходило сто тридцать лет назад… Ситуация крайне деликатная. Вы должны знать про объявленную на… гхм… носителей этого герба охоту.

– Я бы взялся, – решительно сказал боцман. – Только сначала – доказательства.

– Капитан решит, – бросил Мильх. – Так что, господин Герлиц? Вы согласны побеседовать прямо сейчас? Я провожу вас на судно.

– Всех троих, – сказал Зигвальд. Тот, кого вы назвали «простецом», на самом деле наследник. Стефан фон Визмар. Не-живой – его помощник.

– Как удивительна, непредсказуема и поэтична наша жизнь, – произнес доселе молчавший Лукас Гофер. – Вроде бы банальнейший каботажный рейс в Бьюрдал с грузом вонючей солонины и бочками с маслом, а? Зигвальд не врет, я это вижу… Господин Герлиц, не следует немедленно обижаться, я не смел и заподозрить вас в неправдивых словах! Стефан, можно обращаться к вам в соответствии с титулом?

Я обменялся взглядами с Нетико и Жучком. В глазах человека и андроида читалось одно – «да»!

– Извольте, – кивнул я. Лейтенант артиллерии нравился мне меньше, чем обстоятельный Мильх или выглядящий героем пиратских романов прошлого боцман Клаус, но Лукас смотрел на меня с таким неподдельным интересом, что сопротивляться было невозможно. – Я ничуть не против.

– Ваша светлость не… Впрочем, не будем использовать куртуазные обороты. Думаю, все меня поймут, особенно искусственный разум. Ваша светлость, вам ничего не говорят слова «Совет Первого Поколения»?

– Г-говорят, – заикнувшись согласился я. От Николая я был наслышан об этой крайне неприятной конторе. – Вы что, из Совета?

– Понимаю ваш испуг, вы не умеете скрывать эмоции, – улыбнулся черноусый джентльмен в камзоле. – И вообще являетесь обычным человеком… Человеком из прошлого. Утешу: никто из команды «Громовержца» в Совет не входит, зато все до единого офицеры корабля представляют Первое Поколение. Каждый родился на Земле. Больше тысячи лет назад. Потому любой, кто носит имя Визмаров, представляет для нас серьезнейший интерес…

– О, Господи… – только и выдавил я.

– Бояться нечего, – поморщился помощник капитана. – Если вы не самозванец, конечно. Это очень быстро выяснится. Господа, я от имени капитана Вольфа приглашаю вас на борт «Громовержца». Немедленно. Возражения будут восприняты как отказ от символа, лежащего перед нами.

Мильх указал на лазурный отрезок ткани с белой акулой.

Меркуриум-Лаций.

Август 3273 г. по РХ

Пан Щепан все-таки выпихнул меня с Меркуриума. Разумеется, никакого окончательного отзыва или увольнения из Университета за бесчисленные и злостные прегрешения перед Всемогущей Инструкцией и сакральным режимом секретности. Экстренная командировка сугубо по служебной надобности. Называя вещи своими именами, выслушав доклад по обстановке, в деканате меня незамедлительно поставят в позу лобстера, а что произойдет дальше, и думать страшно.

Одна надежда – основная ответственность лежит на пане Щепане и наших университетских кураторах, просиживающих штаны на Граульфе. Именно они обрабатывают поступающую из центров информацию и направляют наши действия. Я человек маленький; глядишь, и обойдется.

До отбытия с планеты я успел заглянуть в гости к Юлиушу Озимеку, пообщаться – в княжестве произошло достаточно невероятных событий, затрагивавших круг интересов как тайной службы его светлости, так и начавших ошалевать от бесконечных осложнений алхимиков.

– Должен поблагодарить вас за сообщение из Осечни… – первым делом сказал пан Озимек, пригласив меня к столу. Я появился в резиденции на Медвежьей улице как раз к ужину. – Налейте себе вина, тридцатилетнее, стжегомское… Вы дали мне ясный сигнал о том, что готовы к сотрудничеству.

– К обмену информацией, – уточнил я. Вино и впрямь оказалось восхитительным. – Qui pro quo, пан Озимек.

– Вы были хорошо знакомы с погибшей госпожой Эльзбет из Лоденице?

– Встречались всего однажды.