понимаете, нельзя требовать невозможное от человека моего возраста. Будете жить на содержании. Но на том и все! Без обязательств и гарантий. Я потребую одного, чтобы вы не сожительствовали с другими. И если это условие будет нарушено, мы расстанемся в тот же день!

— А на какое время вы собираетесь взять меня? Пока не надоем?

— Женщине не к лицу задавать подобные вопросы! Все зависит от вас!

— А если я захочу уйти? Ну, через год или через два?

— Силой держать не буду. Рассчитаюсь, попрощаемся и все на том. Вас должен интересовать один вопрос: сколько я буду платить на содержание?

Роза покраснела. За все годы она никогда не называла сумму. Ей платили сами, щедро. Этот же разговор бил по самолюбию.

Андрей Михайлович ждал. Роза молчала, чувствуя себя неловко с человеком, какого знала годы.

— Что вы ответите мне?

— Как предложили — подумать нужно хорошенько! — ответила женщина.

Ей было обидно, что этот пожилой человек разговаривает с нею, как торгаш. Раньше он не позволял себе такого тона.

— Как долго ждать мне вашего ответа?

— Я позвоню! Сама скажу вам, что надумаю.

— Что ж, пусть будет по-вашему! Но не тяните долго. И давайте обговорим условия! — предложил сухо.

Роза слушала молча, только внутри все дрожало от возмущения.

— Вы подыщите подходящую квартиру. Конечно, без размаха. Я считаю, двухкомнатной Достаточно. Я ее буду оплачивать. Обставим поуютнее. Там у вас представится возможность проявить себя хозяйкой. Поймите, оставить в своем доме — не могу. Это может быть плохо воспринято моим окружением. Да и не стоит нам постоянно быть вместе. У меня не тот возраст, да и вам такое ни к чему. Но навестить могу в любой момент, без предварительного звонка. Вы не станете нуждаться ни в чем. Я имею в виду материальную сторону жизни. Ограничено лишь общение. Вы можете сами пойти по магазинам, навестить родителей. Поможете им деньгами. Обо мне желательно не говорить. Излишне. Думаю, за пару месяцев свыкнетесь со своим новым положением и не захотите его изменить. Привыкнете к постоянству. Оно необходимо каждому из нас.

— А когда надоем, что меня ждет?

— Я выкуплю эту квартиру и документы оформлю на вас. Обеспечу будущее. И мы расстанемся добрыми друзьями. Даже если между нами не будет интимности, я буду помогать, опекать вас.

— Короче, вы предлагаете мне жизнь без забот, но в золотой клетке! — усмехнулась Роза.

— Такому предложению обрадовались бы теперь многие. И не брали время на размышление, боясь, чтобы я не передумал.

— Наверное, я глупее прочих! — выдохнула женщина, села перед пламенем камина, напряженно обдумывая услышанное, взвешивая все «за» и "против".

— Я понимаю, ситуация необычна, не хочется жертвовать привычным. Зато приобретаете большее. Я не буду клясться в любви и от вас того никогда не потребую. Рассчитываю лишь на понимание и уважение, со временем, возможно, появится привязанность, и мы сможем прожить так много лет!.. — добавил тихо и признался: — Я не могу оставить вас здесь еще и потому, что живу с сыном. Не хочу лишних вопросов и осложнений. Он может неверно понять меня.

— Не стоит объяснять. Я поняла все!

Роза уже на следующий день решила навестить родителей. Узнать, что надумали. Они оба оказались дома.

Мать, обрадовавшись дочери, сразу засыпала ее вопросами. Роза отвечала скупо, боясь проговориться, и поинтеровалась, собираются ли уезжать.

— Отца берут. Нам с тобой — отказали. Нет профессии. Там своих таких много. Остается одно — прежнее. Отправить отца. И когда устроится, вызовет к себе. Но как иждивенцев. Это единственный выход. Государство не хочет брать обузу на свою шею! — ответила мать.

— Вот как? — растерялась Роза.

— Никому мы с тобой не нужны. Ни здесь, ни там! Всюду чужие! — выкатились слезы-горошины.

Роза через две недели позвонила Андрею Михайловичу.

— Я согласна! Я все обдумала! — сказала твердо.

— Это похвально, что вы умеете принимать верные решения. Что ж, я жду вас! — ответил без особой радости в голосе.

Роза уже через неделю поселилась в новой квартире, снятой для нее Андреем Михайловичем. Он и впрямь выполнил все свои обещания. И Роза приказывала себе свыкнуться с человеком хотя бы из благодарности. Но однажды позволила себе слабину и оставила на ночь старшего брата Славика, думая, что об этой встрече никто не узнает. А через три дня пошла в магазин напротив дома. Едва стала переходить дорогу, как из-за угла на громадной скорости вылетел знакомый «Мерседес». Роза увидела улыбавшееся лицо Славика. Больше ничего не заметила, не успела. Тот не успел затормозить…

Динка пришла в дом Серафимы вместе с двумя девками, такими же, как и сама — дерганными, накрашенными потаскушками, пропахшими дешевым табаком и вином, одетыми в потертые джинсы. Едва приткнувшись под чужой крышей, Динка достала из кармана куртки замусоленную колоду карт и села гадать.

— Вот гад! Опять у меня сегодня неклевый денек будет! Выпадает бухая ночь только с одним фрайером. Про любовь будет трепаться много, а отбашляет жидко! Непруха! Небось опять нарвусь на бомжу или студента!