Шрифт:
Потом кто-то сказал, видимо, что-то смешное, и люди дружно захохотали. От нетерпения Матвей готов был ринуться навстречу идущим.
– Кого ведешь, дядя? – крикнул он.
– А вот приведу – узнаешь, – засмеялся дед Фишка.
Береста жарко вспыхнула, и темнота вокруг стала еще более непроницаемой.
Матвей отошел в сторону, напряженно всматриваясь в гущу леса.
Наконец из-за кедров вышел один человек, потом второй, третий, и Матвей разглядел, что на огонь движется толпа.
– Я тут, дядя, – сказал он, давая знать о себе.
Дед Фишка подскочил к нему, весело заговорил:
– Ты, Матюша, всегда меня на такие дела посылай. Я тебе плохих людей не приведу…
– Кто это, дядя? – нетерпеливо спросил Матвей, тщетно стараясь разглядеть прибывших.
– Они, Матюша, сами скажут, – увильнул от прямого ответа старик.
– Смирно! – вдруг раздался в темноте голос, и высокий человек, рассмотреть которого в темноте было невозможно, немного выдвинулся из толпы и не совсем четко, с хрипотцой и придыханием отрапортовал:
– Товарищ командир, отряд шахтеров в составе двенадцати человек прибыл в ваше распоряжение. Вместе с ним прибыли военспец – бывший капитан царской армии Старостенко и сорок шесть крестьян, завербованных по пути нашего продвижения. Отряд имеет: десять винтовок и тридцать гранат, один пулемет в разобранном виде, семь пистолетов, четыре тысячи винтовочных патронов. Комиссар отряда член шахтерского подпольного комитета большевиков…
Свою фамилию говоривший произнес невнятно, и Матвей торопливо сказал:
– Очень хорошо, товарищ! А вот фамилию вашу не разобрал.
Тогда высокий человек шагнул вперед и совсем другим голосом, отчетливым и ясным, крикнул:
– Антон Топилкин!
Люди, стоявшие вокруг и знавшие уже из рассказов деда Фишки о долголетней дружбе Топилкина с Матвеем, засмеялись, а Матвей бросился к командиру отряда.
– Вот это подвалило счастье! – радостно заговорил он, обнимая Антона. – Ах ты, черт! Вот это повезло так повезло! Тимофей, собирай всех на поляну, собирай скорее!
– Ночью-то? – изумленно сказал Антон Топилкин.
– А что ж ты думаешь, до утра людей будем томить? Ведь мы тут беляков ждали… Ну, как добрались? – нетерпеливо спросил Матвей.
– По тракту проскочили удачно, а тут вот третий день по тайге кружим. Охотников никого не нашлось, провести некому, пошли наобум. А слух о вас далеко прошел, – сообщил Антон.
Через несколько минут прибежал Залетный.
– Товарищ командир, партизаны в сборе.
– Зажигай, Тимофей, бересту, со светом пойдем.
Залетный и дед Фишка приволокли охапку бересты, нанизали ее на палки и подожгли. Несколько новичков взяли палки с пылающей берестой и пошли, освещая тайгу, впереди командиров.
Дед Фишка подшутил:
– Мы, нычит, как волхвы, – с огнями путешествуем.
На поляне Матвей велел развести большой костер. Дров тут было в поленницах много, и костер получился яркий, осветивший всю поляну.
Матвей подошел к огню, поднял руку и, когда люди утихли, начал говорить:
– Товарищи партизаны! Радость у нас! Большую, неоценимую подмогу получили мы сегодня. Рабочие города, партия большевиков не забыли о нас, крестьянах…
Эхо подхватывало голос Матвея и разносило его по всему партизанскому лагерю.
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
1
Эти дни не прошли, а пронеслись как ураган. Оглядываясь на прожитое, Максим Строгов с удивлением думал:
«Неужели все это было?!»
Однажды к Строговым вломились солдаты. Испуганная Анна в первую минуту не могла слова вымолвить. Но на этот раз солдаты не грубили, и один из них довольно учтиво сказал:
– Не бойся, тетушка, мы тебя не тронем, а сына собирай.
– Зачем он вам? – еще более испугавшись, спросила Анна.
– Призыв в солдаты объявлен.
– Какой из него солдат? Он еще малолеток, – попыталась отстоять Анна сына.
– Собирай! – пристукнул солдат прикладом.
Анна сложила в мешочек харчи, бельишко и пошла вместе с Максимом на сборную.
В сборной уже теснился народ. Максим увидел тут всех своих одногодков.
Стали подтягиваться подводы. Колчаковская армия нуждалась в резервах, и новобранцев было приказано отправить без промедления.