– Ас!!
– я, наконец, очнулась от ступора, с тихим возгласом слетела с постели и, сама не помня как, прижалась к внезапно воскресшему брату. Обняла его, стиснула крепкую шею, прижалась всем телом, растеряно и, вместе с тем, с восторгом вдыхая слабый аромат его смуглой кожи, ощущая идущее от него тепло - живое, настоящее, человеческое! Слыша его тихое дыхание, ровное биение его живого сердца, которое тоже, будто растерявшись, вдруг остановилось и пропустило удар.
– Живой... ты живой!! Ас! Господи, как же я рада тебя, наконец, увидеть!!

– И я...

Меня осторожно обняли самые настоящие человеческие руки, бережно погладили по спине, провели ладонью по растрепавшимся волосам. Потом, наконец, тихонько прижали и замерли, будто не зная, как быть дальше.

Я услышала тихий вздох и, отстранившись, снова посмотрела на его незнакомое, всегда скрытое Тенью лицо. Настойчиво изучая его, стараясь скорее привыкнуть, принять, запомнить каждую черточку, как если бы это был первый и последний раз.

– Живой...
– я вдруг неприлично шмыгнула носом, а затем, не сдержавшись, начала так же осторожно, как он недавно, ощупывать его брови, губы, подбородок. Все еще не веря до конца, но постепенно оттаивая, привыкая. Жадно впитывая наше общее радостное удивление и стараясь как можно дольше ощущать это восхитительное тепло, которого он уже сто лет, наверное, как не чувствовал.

Ас сдержано улыбнулся, когда я для проверки потянула его за нос.

– Держится, - как ребенок в цирке, сказала я.
– И он настоящий.

– Эх ты, - меня легко подняли и аккуратно поставили на ноги. После чего негромко свистнули и, подтолкнув к двери, заговорщицки шепнули: - Иди, встречай остальных. Извелись там уже все. Боятся, что не понравятся.

– Кто?
– неприлично ступила я, но потом услышала скрип открывающейся двери, недоверчиво моргнула, все еще полагая, что, быть может, это мираж. Но когда в комнате стало тесно от быстро зашедшей троицы, невольно отступила и почувствовала, что, кажется, впервые за последние десять лет бессовестно разревусь.

Все они, как и стоящий сзади Ас, оказались рослыми и плечистыми. Такими же смуглыми, как будто на одном пляже загорали. С непривычно заостренными подбородками, тонкими и совсем не грубыми чертами лица, ровной, как будто бы матовой, но очень темной кожей, рядом с которой я смотрелась совсем белоснежкой. С узкими и даже очень узкими, едва не пропадающими совсем, губами. И такими же длинными, до середины спины, тугими черными косами, сразу делающими их похожими на родных братьев. Или же просто сородичей. Причем, какой-то неизвестной мне, необычной, явно южной расы, о которой я пока еще даже не слышала.

И только глаза у них оказались знакомыми - поразительные, ярко горящие, взволнованно расширенные глаза, в глубине зрачков которых, как и у улыбающегося Аса, мелькали все те же разноцветные искорки: синие, зеленые и... просто черные, без всяких искр и опасных электрических разрядов.

– Бер, - я зачаровано подошла и неуверенно тронула рукой зеленоглазого.

Он вздрогнул, как от удара током, впился в меня горящим взглядом, не отпуская ни на мгновение, а потом шумно выдохнул и неуверенно улыбнулся:

– Ты меня узнала?!

– Конечно. У тебя глаза почти не изменились.

Бер улыбнулся шире и снова неуверенно замер, когда я порывисто его обняла. Но потом все-таки опомнился, расслабился и, стиснув меня в объятиях, притворно вздохнул:

– Вообще-то, наши глаза теперь у тебя. Сейчас, вот, зеленые, как мои. Пару мгновений назад - синие, как у Вана. А когда мы вошли... скажи, ты ведь уже обнялась с Асом?

– А то, - усмехнулся сзади Ас.
– Думаешь, я вас просто так за дверь выставил?

– Гад. Точно, гад. Я был уверен, что это лишь для того, чтобы Гайдэ не напугать! А ты...

– И для этого тоже: ваши рожи как увидишь спросонья, так помереть от страха можно. Не мог же я так рисковать здоровьем сестры?

– Ас!!

Я тихо рассмеялась и уже без опаски схватила возмущенного вскинувшегося Бера за руку. Боже... надо срочно привыкать к этим лицам... а то ведь с ними ошибиться - раз плюнуть: как же похожи, негодяи! Потом обернулась к оставшимся двум Теням (теперь уже - бывшим), поспешно обняла сперва синеглазого Вана, потом молчаливого, как и всегда, Гора. Всмотрелась в их бешено горящие глаза, в которых будто разноцветные прожектора зажглись. Тесно прижалась, поцеловала, обняла снова. Наконец, не выдержала и обняла сразу всех, до кого дотянулась, а потом обернулась и подняла на Аса счастливые глаза.

– Бог мой... Ас! Ой, да ты же, наверное, и не Ас вовсе! У вас ведь есть и свои имена?

– Были, - он с улыбкой покачал головой.
– Когда-то давно были. Но сейчас нам нравятся эти, так что мы посовещались и решили, что оставим все, как есть. Я - Ас, он - Бер... ничего не изменилось, Гайдэ.

Я почувствовала, что предательские слезы все же готовы навернуться на глаза.

– Кроме того, что вы воскресли, да - ничего.

– Мы такие же, - настойчиво повторил Ас.
– Совсем такие же, как раньше. И ты - наша сестра, от которой никто не собирается отказываться.