– Итак? – начал Кащей. – Кто желает испить моей кровушки?

Толпа сделала шаг вперед.

– Все сразу? – изумился Кащей. – Пипеткой в нос каждому по три капли?

Из задних рядов протолкался здоровенный, под два метра ростом, вампир. Глаза его отливали кровавой краснотой, изо рта торчали массивные клыки. Он хмуро взглянул на Кащея и пробурчал:

– Ты кто такой? Юродивый?

– С чего ты взял? – полюбопытствовал Кащей. – А чего у тебя глаза красные? Не выспался?

– Тебя сейчас в клочья растерзают, – проигнорировал выпад вампир, – а ты тут рассиживаешь, как Царь на троне!

– Что тебя возмущает? – удивился Кащей. – Я имею полное право сидеть на царском троне. И вообще, если ты выбрался, чтобы задавать мне глупые вопросы, то осади обратно. Дай другим поговорить.

Здоровяк нахмурился.

– Я их вожак! – прорычал он. – Они мне подчиняются!

Кащей демонстративно зевнул:

– Слушай, вожак! Ты мне зубы не заговаривай, я и так заговоренный по самые уши. Лучше скажи, куда ваша братия дела местного царя и пленников из дворцовой тюрьмы?

– Так ты – царевич? – удивился вампир. – А где царевна?

– Я – царь Кащей! – рявкнул Кащей. – Протри глазища!

– Кащей? – выдохнула толпа. Вампиры оживились.

– А не врешь? – хмуро поинтересовался здоровяк. – Покажи иголку.

– А вторые девяносто не показать? – съязвил Кащей. – Может, прикажешь мне еще и сломать ее перед всем честным народом? Душераздирающее зрелище: я кончаю жизнь самоубийством перед толпой голодных вампиров, жаждущих испить моей крови. В результате и мне капут, и вам облом. Вы ведь не пьете кровь мертвецов, правда? – уточнил он.

– Что ты хочешь? – буркнул вампир.

– Я уже говорил, – напомнил Кащей. – Где Никодим со товарищи?

– Сбежал.

– А сотоварищи?

– Мы и есть сотоварищи.

– Троих не хватает, – заметил Кащей.

– Сарыча и девчонки с братом? – спросил вампир. – Они сбежали вместе с царем. Трусы. Не захотели встретить смерть лицом к лицу.

– Ты принес хорошую весть! – Кащей пожалел, что царевичи его не слышат. – Выходит, они живы. Поверь мне, клыкастый, у них были дела поважнее, чем смотреть в лицо смерти. Но я знаю, что для тебя ее роль сыграет солнце.

Судя по выражению на физиономиях вампиров, они это отлично знали и без него.

– Встретишься ли ты с солнцем лицом к лицу сегодня на рассвете? Или ты трус?

– Зачем оно мне? – стушевался вампир.

– В бытность человеком оно тебе очень даже нравилось. Сколько я за тобой наблюдал, ты вечно загорал на солнышке, пока твои подчиненные вкалывали от зари до зари.

– Почем знаешь?

– У меня хорошие осведомители.

– Были осведомители, а стати вампиры, – мстительно добавил вампир.

– Не стали. – Кащей улыбнулся. – Мои осведомители – не люди.

– А кто?

– Так я тебе и сказал!

– Но их у тебя больше нет! – Вампир усмехнулся. – Иначе бы ты не задавал глупых вопросов про беглого царя.

– Не твое кусачье дело! – отрезал Кащей. – Я свое выяснил, можете быть свободны!

Толпа послушно повернулась к выходу и сделала несколько шагов, но тут вожак опомнился и закричал:

– Вы куда, идиоты?!! Хватайте его! Кащей вскочил на трон и выхватил из ножен меч-кладенец.

– Давненько я не вырезал кругов на полу! – вспомнил он. – Повторим танцы со смертью? Оркестр – музыку!

Вампиры бросились на него, но вынуждены были отступить. Он так яростно и стремительно рубил их, что первые ряды полегли, не успев толком сообразить, что к чему. Кладенец убивал всех врагов без исключения, не считаясь с тем, что вампиры вообще-то предпочитают погибать от дерева. Огненное кольцо полыхнувших вампиров заставило остальных отойти на приличное расстояние.

– Я доберусь до тебя! – Сквозь пламя Кащей разглядел показывающего ему кулак вожака.

– Сомневаюсь! – парировал он, бросая под ноги противника бомбочку. Тот шустро для своей комплекции отбил ее, и бомбочка полетела обратно.

– Ой! – Кащей еле успел сделать сальто-мортале за трон и спрятаться за спинкой, как над ним со свистом разлетелись кучки зубочисток. Несколько вампиров обратились в факелы. – Ненавижу вытаскивать занозы!

Он стукнул сапогами друг о друга и взлетел под самый потолок, не особенно заботясь о том, чтобы не подпалить преследователей.

– Стой, трус! – гневно призывали вампиры, но он благоразумно не поддавался на уговоры. Каково? Триста вампиров со зверскими рожами упрекают в трусости его одного! А вот было бы наоборот, делали бы они такие оскорбленные лица? Да ни в одном глазу!