Лика все делала медленно, но верно. Сперва она задержалась в этом доме до выздоровления Марии, потом осталась еще «на недельку» — оказалось, что младшая сестра воспользовалась ее отсутствием и привела к себе в комнату жениха, так что места для Лики там больше нет. В соседней комнате живут их родители — к ним тоже вторгаться неловко. А вокруг — недружелюбная коммуналка. Податься некуда… Можно она поживет здесь еще немного? Вряд ли у сестры с этим парнем что-то серьезное, так что место скоро освободится.

«Неделька» длилась сперва месяц, потом — три… В конце концов она растянулась на два года, и за это время Лика стала в этом доме полновластной хозяйкой. Валерий отдавал ей зарплату — как отдавал прежде жене. Она смело выговаривала свекрови за упущения по хозяйству — совсем так, как прежде выговаривал ей самой Валерий. Возможно, девушка не задержалась бы здесь надолго, но случилось невероятное — Валерий начал ее ревновать. Никаких причин для этого не было, кроме одной. Лика ни за что не соглашалась пойти в ЗАГС и узаконить отношения. Он предложил это еще год назад, затосковав по какой-то определенности, и, в общем, без особого энтузиазма — но девушка сразу отказала.

— Я всю жизнь прожила в коммуналке, — оправдывалась Лика. — А теперь чем лучше? Бьюсь, как рыба об лед, никаких прав не имею… Конечно, ты хорошо ко мне относишься, но я тут никто. Твоя мама все равно все делает по-своему.

— При чем тут моя мама?

— Конечно ни при чем, — скромно ответила девушка.

— Давай вообще забудем об этом?

Он был потрясен отказом. Ему казалось, что он делает ей большое одолжение, предлагая вступить в брак. И вдруг… Валерий решил, что она попросту капризничает, набивая себе цену. Кому она нужна-то, кроме него?

Вскоре предложение было сделано повторно — опять же в виде эксперимента. Но было отвергнуто так же решительно и мгновенно, как в первый раз. Валерий занервничал. Не может быть, полагал он, что причина только в его матери. Тут что-то не то. Если Лика не собирается за него замуж — зачем тут остается? Поджидает более выгодного жениха? Ищет другую партию? А вдруг уже нашла?!

С этого момента он, сам того не замечая, стремился только к одному — чтобы она, наконец, согласилась стать его женой. Когда погибла мать, он сразу подумал об этом. Согласится ли она теперь?

— Как ты можешь думать об этом сейчас? — удивилась Лика. — Не ожидала от тебя!

— Да ты же сама говорила, что из-за нее не хочешь за меня выходить! — рассердился Валерий. Он сам не знал толком, на кого злится: на упрямую невесту или на себя самого — что снова выбрал такой неудачный момент.

Но Лика начисто забыла о своих прежних сомнениях. Она ответила, что мама никогда ей не мешала. Что все эти два года она просто проверяла свои чувства. А выходить замуж сейчас — значит настроить против себя всех родственников Валерия. Они и так ее ненавидят. Уговоры не подействовали — Лика настояла на своем и осталась в доме на положении невесты.

Он так рассчитывал на вчерашний поход в театр! Впервые они шли куда-то вместе — нарядные, свободные… Дома их не ждал ничей укоризненный взгляд — раньше ему все время становилось не по себе, когда мать на него смотрела. Возможно, он просто не мог забыть выражения ее глаз в тот день, когда впервые привел в дом Лику…

И вот такой удар! Валерий точно решил, что, вернувшись из театра, поставит вопрос ребром — да или нет, идти в ЗАГС или расставаться. А теперь…

Вчера Лика металась по квартире, как безумная, и не знала, на каком она свете. А сегодня, с места в карьер, принялась обвинять Тамару.

— Да ты просто сдурела! — кричал Валерий, забыв о всякой дипломатии. — Говорю тебе — она тут ни при чем!

Давай-давай, выгораживай ее! — Лика больше не плакала. Ее лицо исказилось от гнева, глаза стали ярче, а черты как-то значительней. Она была совершенно не похожа на себя, Валерий ее просто не узнавал и потому желал еще сильнее. — Она никак не может от тебя отвязаться, потому и шляется сюда! Хочет нам помешать!

— Да чему помешать, дуреха?! — не выдержал он. — Ничего же нет!

Лика задохнулась:

— Как ничего?! Два года вместе — это ничего?!

— Да ты же не выходишь за меня замуж!

— Если только в этом дело… — Она немного поутихла, коснувшись опасной темы, но тут же взорвалась с новой силой: — Я, может, потому и отказывала тебе, что ты все еще ее любишь!

— Вранье!

— А как ты на нее смотришь, когда она сюда является? Как ты разговаривал с ней на похоронах?!

— Я почти и не разговаривал…

— А как смотрел?! Как кот на сливки! А зачем она вчера сюда явилась? Нагадить, напакостить!