«Принц так ничего и не узнал о местонахождении Демиурга?» – на всякий случай поинтересовался я.

«Нет, ничего определенного. Единственное, в чем он продолжает быть уверен, это в том, что Демиург не покидал нашего Мира».

«Ну что ж, и на том спасибо…» – подумал я и тут же получил ответ Эмельды: «Рада стараться, хозяин…»

«Если у тебя больше ничего нет, можешь возвращаться», – отпустил я ланнан ши, и ее фигура быстро растаяла в ночном мраке.

Впрочем мрак этот был уже и не таким полным, в маленьком окошке уже начало проступать некоторое подобие рассвета, вернее, слабый намек на рассвет. Сэр Вигурд спокойно посапывал на своем ложе, и я с завистью подумал о его беззаботности – знай, когда надо, маши мечом, а все остальное не важно! Хотя наш слепой хозяин, надо думать, задал работу его молодой голове!

С этой веселой мыслью я снова заснул.

Разбудила нас Славия, когда уже совсем рассвело. Сэр Вигурд вскочил со своей постели бодр и весел, словно не было вчерашней схватки с неприятным карликом Обероном и его орками – Лесными Мародерами, словно не ему прочитали лекцию о «благородных сэрах» и их дурных привычках. Одеваясь, он даже начал напевать что-то такое о «прекрасных дамах, живущих в прекрасных домах…» – рифма, надо сказать, так себе. А вот у меня от всех этих муторных сновидений и полуночных просмотров шпионских донесений голова была тяжелая, а слипавшиеся глаза никак не хотели… смотреть на этот Мир. Однако мне пришлось сделать над собой усилие, тем более что Славия постучала в дверь второй раз и объявила о полной готовности завтрака!

Умывание колодезной водой до некоторой степени восстановило мое боевое настроение, отогнав от моих «очей» «грезы Морфея», так что за завтрак я сел в прекрасном настроении. И тут мне это настроение едва не испортил мой юный друг. Едва устроившись за столом сбоку от нашего хозяина старика, он бодреньким голосом заявил:

– Я чуть ли не всю ночь думал над твоими словами, дед, и решил, что ты не прав. В этой жизни благородные сэры и лорды необходимы!…

Выглядел он при этом так, словно его впервые поставили в групповую турнирную схватку. Не знаю, когда это он ночью обдумывал слова старика, по-моему, он дрыхнул самым бессовестным образом, а потому вряд ли был готов к новому спору, но наш мудрый хозяин, чуть улыбнувшись, даже не посмотрел на него. Намазывая маслом кусок черного ноздреватого хлеба, он спокойно ответил:

– А я и не утверждал, что они не нужны…

У сэра Вигурда от такого поворота спора открылся рот и округлились глаза.

– Я только сказал, что благородный сэр должен быть благороден, а лорд должен быть справедлив и соблюдать закон одинаково для всех… Этим, собственно говоря, я и исчерпал все их обязанности.

И старик откусил от своего куска, показывая, что спорить на эту тему он больше не намерен. Но и сэру Вигурду возразить было нечего, так что, буркнув:

– С этим трудно не согласиться, – он также все свое внимание сосредоточил на завтраке.

Однако молчать за едой в компании я не привык, поэтому, проглотив первые несколько ложек похлебки, я обратился к старику:

– Почтенный, ты наверняка хорошо знаешь окрестности, посоветуй, как нам лучше ехать – по той дороге, что называется Северной имперской, или есть возможность как-то сократить путь?

Старик обратил ко мне свои незрячие глаза, чуть подумал и ответил:

– А ведь знаешь, действительно есть тропинка, которая сократит вашу дорогу часа на три-четыре. Только сами вы, пожалуй, заблудитесь… Придется Славке вас проводить.

Он повернулся к внучке:

– От дома Лоуда пойдешь к Кривому Распадку, через овраг перейдешь по новому мосту, а там свернешь к Сотому Дубу. На дорогу выведешь рыцарей возле развалин Круглой Башни. Только, благородные сэры, – он снова повернулся ко мне, – вы постойте у развалин, пока Слава не уйдет в лес, посмотрите, чтобы за ней никто не увязался.

– Можешь на нас положиться, отец, – неожиданно высказался сэр Вигурд и, поймав удивленный взгляд девушки, покраснел. А старик не выказал никакого удивления, услышав такое обращение. Повернувшись к Вигурду лицом, он ответил:

– Я и не сомневаюсь… сынок…

Завтрак закончился быстро, мы облачились в доспехи и вышли во двор, где около крыльца уже стояли наши лошади. Прощаясь, я негромко спросил у старика:

– Сколько, отец, мы должны за постой? – Но тот только отрицательно покачал головой, и я не стал настаивать, только пробормотав: – Благодарю тебя…

Когда мы поднялись в седла, из дома вышла и Славия, одетая в широкие, мешковатые штаны, длиннополую куртку и высокие сапоги, голову она повязала темным платком. В ее руке был небольшой мешочек, который она протянула мне:

– Твои орехи, сэр рыцарь.

Я, поблагодарив девушку, взял мешочек и опустил его в седельную сумку.

Славия кивнула, а затем, взяв мою лошадь за узду, она потянула ее вперед, и кобыла послушно шагнула за ней. Сэр Вигурд тронулся следом.

Славия дошла до домика с высокой, похожей на колпак крышей и свернула в лес по едва заметной тропке. Через минуту мы оказались под синими кронами высоких деревьев, и нас окутала лесная чуть влажная тишина. Девушка шагала совершенно бесшумно, так выбирая дорогу, что мы свободно проезжали под ветвями.