Шрифт:
И не несчастлив отроду, в беде,
Упорство оставляя, все исправит;
Упрямого ж безумным мы зовем.
1040Нет, смерть уважь, убитого не трогай.
Иль доблестно умерших добивать?
Тебе на благо говорю: полезно
У доброго советника учиться.
Креонт
Старик, вы все стреляете в меня,
Как в цель стрелки; и в прорицаньях даже
Я вами не забыт; своей родней же
Давно и оценен я и распродан.
Что ж, наживайтесь, коли так, торгуйте
Электром 77сардским иль индийским златом,
1050Его в могилу вам не положить.
Нет, если б даже Зевсовы орлы
Ему тащили эту падаль в пищу,
Я и тогда, той скверны не боясь,
Не допустил бы похорон: я знаю —
Не человеку бога осквернить.
Но и мудрейшие, старик Тиресий,
Позорно гибнут, если злые мысли
Для выгоды словами украшают.
Тиресий
Увы!
1060Да разве понимает кто-нибудь…
Креонт
Что ж? Истину ходячую объявишь?
Тиресий
Насколько разум выше всех богатств…
Креонт
Настолько ж нам безумье — враг великий!
Тиресий
А ты уже недугом этим тронут.
Креонт
Гадателю я дерзко не отвечу!
Тиресий
Дерзишь, пророчество считая ложью!
Креонт
Пророки все всегда любили деньги.
Тиресий
Тираны ж все корыстны, как известно.
Креонт
Ты, видно, позабыл, что я правитель?
Тиресий
1070Нет, но чрез меня спасал ты Фивы.
Креонт
Хоть прорицатель ты, а любишь зло.
Тиресий
Ты страшную открыть принудишь тайну!
Креонт
Открой! Но говори не ради денег!
Тиресий
Нет, промолчу: ведь тайна — про тебя.
Креонт
Знай: ты моих решений не изменишь.
Тиресий
Тогда узнай и помни, что немного
Ристаний кони Солнца 78совершат,
Как ты дитя, рожденное тобою
От чресл твоих, отдашь — за трупы труп;
1080Затем, что ты безжалостно загнал
Живую душу в темную гробницу;
А сам берешь, отнявши у Подземных,
Прах обесчещенный, не погребенный;
Такого права нет ни у тебя,
Ни у богов, то их противно воле.
За это ждут тебя богини мщенья,
Эринии Аида и богов,
Чтоб и тебя постигли те же беды.
Подкупленный ли говорю с тобою,
1090Увидишь сам: раздастся скоро, скоро
Вопль женщин и мужей в дому твоем.
Гнев на тебя вздымают города,
По чьим сынам обряды совершали
Псы, звери, птицы; их нечистой пищей
Все в граде алтари осквернены.
Такие стрелы я в тебя, как лучник,
Направил в гневе, вызванном тобой.
И стрелы метки, не уйдешь от них.
Домой пойдем, мой мальчик. Пусть на тех,
1100Кто помоложе, гнев он вымещает.
Пусть учится он сдерживать язык
И более ума иметь, чем ныне.
Уходит с мальчиком-поводырем.
Хор
Царь, он ушел с пророчеством ужасным.
С тех пор как волосы главы моей