– Это чтобы больше неверных погибло? – уставился на Яна Шаман.

– Не неверных, а русских свиней! – вскипел Ян. – А затрагивать в этих стенах вопросы веры не надо! Я хоть и атеист, но у меня родители христиане.

Джин стиснул зубы. Как бы он хотел прямо сейчас придушить этого недоноска!

Шаман стал докладывать, а Джин снова погрузился в свои мысли. Нужно было что-то решать. Как выяснилось, в бункере полно взрывчатки и еще много всего, что могло бы облегчить уничтожение этого Центра. Накануне они ездили учиться подрывать опоры канатной дороги. В паре часов езды от базы еще во времена Советского Союза пытались начать строительство горнолыжного курорта, но успели лишь очистить склон и установить несколько мощных опор для подъемника. Склад открывал приехавший утром Нугзар Табагари, которого Ян представил как инструктора по ориентированию на местности. Как оказалось, Салтахан Газанов и Кахир Элимханов уже встречались с этим человеком. Оба при виде его скривились, а потом всячески демонстрировали свое неуважение. Это повлияло на то, что ящики со взрывчаткой пришлось выносить Джину и Шаману. Тогда-то Джин и запомнил код электронного замка хранилища оружия и боеприпасов, так что проблем, чем разрушить бункер, не было. Только как потом покинуть это место и добраться до России? Может случиться и такое, что своими действиями они навредят группе Антона. Мало ли где и чем они сейчас занимаются?

Голова работала как компьютер, просчитывая варианты один за другим. Наконец он пришел к выводу, что основная задача – попытаться как-то выяснить судьбу остальной части группы. Вдруг им нужна помощь? Но как это сделать? За эти дни инструктора прониклись к ним уважением. Им было легко работать с подготовленными и одержимыми идеями Халифата людьми. На отношения не повлияло даже то, что Джин убил одного из курсантов. «А может, они делают вид?» – неожиданно подумал он и внимательно посмотрел на Яна. Но тот как ни в чем не бывало слушал доклад Шамана.

После обеда все собрались в классе с макетом города Сочи. Выполнен он был искусно. Но что больше всего поражало Джина, здесь были и строящиеся объекты с кранами, тракторами и небольшими машинами. Каждое утро обстановка менялась. Если в городе снесли дом, то его убирали и на макете. Перевозили кран – он тут же переставлялся и здесь.

– Хочу обратить ваше внимание на строящиеся тоннели. – Инструктор, которого звали Марат, показал указкой на две трубы в подножье покрытой лесом горы. – Они заметно сокращают расстояние и снимают транспортную нагрузку на город. Закупорить такой тоннель сложно, но можно. Вариантов много. Можно просто прострелить колесо въезжающему в него седельному тягачу, и его обязательно через пару десятков метров начнет разворачивать. Как следствие, идущие следом машины не успеют остановиться...

– Хочу задать тебе вопрос, – слегка наклонившись к сидевшему рядом Яну, заговорил Джин.

– Можно или нет убить еще кого-нибудь? – повеселел скучающий до этого инструктор.

– Э-э – протянул Джин, делая недовольное лицо. – Хватит этот шакал вспоминать!

– Хорошо, не буду, – продолжая улыбаться, кивнул Ян. – Чего хотел узнать?

– Смотри, нас здесь шесть человек, – обвел взглядом сидящих вокруг макета курсантов Джин, – и все мы – чеченцы. Конечно, шума мы наделаем много, но нам будет тяжело уйти. Да и готовить любую акцию тоже не просто с такой внешностью. В России много конченых наркоманов и людей, которым все равно, кого убивать, лишь бы платили. У нас, в Чечне, знаешь, сколько таких раньше было? Да и сейчас есть. Почему их нет среди нас? Хотя бы три человека не помешали. И разведку провести, и пройти туда, куда меня могут не пустить.

– По плану так и должно было быть, – шепотом заговорил инструктор. – У нас даже в Ростов целая команда выезжала, чтобы таких людей найти. Согласились четверо. Там все нормально было. Думали, ошибки не будет. Привезли в Тбилиси, и выяснилось, что каким-то образом ГРУ узнало о наших планах и попросту подсунуло своих людей.

– Их убили? – стараясь не выдать тревогу, спросил Джин.

– Нет, пока водят за нос, будто поверили, что они те, за кого себя выдают.

У Джина тут же возник план. Он оживился:

– Говоришь, они из ГРУ?

– Да, – удивленный реакцией чеченца, подтвердил Ян. – А что?

– Эти шакалы, знаешь, сколько моих братьев убили? – сквозь зубы процедил Джин.

– Что ты предлагаешь? – слегка наклонился к нему Ян.

– Посмотри, – обвел взглядом сидящих вокруг моджахедов Джин, – им нужна практика хорошего боя. Давай устроим на них охоту! Пусть этих шакалов привезут сюда, дадут оружие. Это заменит месяц занятий, поверь мне.

– А что, – нахмурил брови Ян, – задумка неплохая. Только вот что будет, если они вас перестреляют, а не вы их? Мы вкладываем в вас большие деньги и надеемся получить хорошую отдачу.

– Пусть это будет нашим экзаменом, – стоял на своем Джин. – А если боишься, можно поменьше патронов им дать или совсем плохое оружие.

– Я поставлю этот вопрос на обсуждение с руководством, – потирая подбородок, кивнул Ян. – А пока не отвлекайся, слушай, что говорят.

Вечером группа вышла на ночные занятия. Тема – «Скрытное выдвижение к объекту, минирование его и отход на безопасное расстояние». Целью выбрали участок дороги. По условиям тренировки, утром здесь должна пройти колонна машин. Но уже с вечера неверные проверили маршрут и выставили посты и секреты. Роль неверных играл взвод грузинских солдат. Они даже одеты были в форму, какую носят российские военнослужащие. Все было максимально приближено к реальности. В случае обнаружения моджахедов грузинские солдаты открывали огонь холостыми патронами, и операция считалась проваленной.

Лежа на склоне горы и наблюдая за извилистой грунтовкой, Джин размышлял, как сообщить о своем плане Шаману и Габбро. Он не сомневался, что грузины согласятся устроить бой между представителями российского спецназа и курсантами. Даже примерно знал, как они захотят представить это событие. Антона, Гущина, Дрона и Ермака заставят надеть российскую форму, наверняка вооружат «Валами» и «ВСС», которых в Грузии хватает с избытком. Потом прикажут выдвинуться, например, в район аэродрома. Следом направят моджахедов. Целью такой операции будет обвинение России в попытке проведения диверсий на территории Грузии. Естественно, никто не признает, что спецназ ГРУ был уничтожен диверсантами, которых готовят к работе на объектах Сочи. Преподнесут это как специальную операцию силовиков. Такое развитие событий получит в мире огромный резонанс, тем более что России придется признать в убитых офицеров спецназа. Но вот только как сейчас проинформировать об этом Шамана и Габбро, он понятия не имел. Джин не исключал, что если не в портативных станциях, то где-то в одежде у них спрятаны прослушивающие устройства и грузины ловят каждое их слово.