— А га.

Деревянная панель была подогнана плотно. С низким пазом. С высоты роста взрослого человека и не разглядишь сразу. Люк был небольшой, сантиметров шестьдесят в поперечнике. Морозов подцепил его кончиками пальцев. Потянул, преодолевая слабое сопротивление. Крышка вышла легко — чуть вперед и вверх, на шарнирах.

Игорь наклонился, осторожно заглянул внутрь.

Темно хоть глаз коли.

Морозов снял лучину и просунул ее в лаз. Из темноты мгновенно метнулась тень и ударила по маленькому огоньку. Тот погас.

Игорь отшатнулся, ударился затылком о люк.

— Твою мать! — Он подышал успокаивая сердце. — Кто там?

Никто не откликнулся.

— Ладно… — Игорь отполз назад, сел. Позвал: — Андрей!

Внизу послышался топот.

— Да, пап!

— Принеси-ка лучину. В печке зажги. Только осторожно, не обожгись там.

— А… Хорошо…

Снова раздался топот. Что-то упало. Теперь бегал уже не один Андрюшка. Скрежетнула печная заслонка. Послышалась возня. И вскоре лестница осветилась.

Наверх выбрались все трое, у каждого в руке было по лучине.

— Охламоны, — пробормотал Игорь. — Давайте.

Игорь поджег свою лучину и снова заглянул в люк. На этот раз он был готов. Когда метнувшаяся тень вновь попыталась затушить огонь, Игорь быстро прикрыл свет ладонью.

По руке ударило мягкое, будто бы матерчатое. Но сразу после этого в кисть вцепились коготки и впились зубы!

Игорь рыкнул, выронил лучину, опять бахнулся головой об угол, да так, что перед глазами полыхнуло.

Мальчишки заверещали!

Пока он моргал и тряс головой, приходя в себя, гомон и шум прекратились. Наступила тишина.

А потом раздался удивленный Олежкин голос:

— Оба-на, девчонка…

Игорь открыл глаза и в неровном свете трех лучин увидел, что и тайнике, на дощатом, грубом полу, сидят двое детишек. Мальчишка, худенький и чумазый, с буйной копной взлохмаченных светлых волос на голове и девочка. Тоже чумазая. Невероятно худая, в драном платьице. Она прижимала к груди тряпичную куклу, сине-белого Сипсика, [2] и прикрывала плечом мальчишку. Вид у этой девочки был решительный.

— Ни фига ж себе, — только смог сказать Игорь. — Вы… вы откуда здесь?

Дети промолчали.

Потянуло едким дымом.

— Пожар, — несмело обронила девочка.

От упавшей лучины в углу тайника ярко полыхнула ветошь.

— Вниз! — гаркнул Игорь своим пацанам. — Воды!

Коля и Олег скатились по лестнице, Андрюшка потянул за собой Игоря, но он махнул сыну рукой: мол, иди!

Девочка прижала к себе мальчишку, фыркая от дыма, но не решаясь приблизиться к Морозову. Игорь пролез в заполняющийся дымом тайник и протянул руку:

— Сюда!

Она поколебалась лишь секунду. Поползла к Игорю, волоча за собой мальчишку. Морозов вытащил обоих из лаза.

К тому времени вернулись запыхавшиеся Коля и Олег, каждый нес по ковшу с водой. Игорь плеснул на огонь раз, другой, сбил пламя и залил мелкие угольки. Пожар удалось потушить быстро, благо никакие деревянные конструкции не занялись. Только ветошь.

Когда Морозов убедился, что ни дыма, ни огня больше нет, он согнал всех вниз и только после этого спустился сам.

Мальчик и девочка уже стояли возле стола, прижавшись друг к другу. Не убегали, но и знакомиться не спешили.

— Дела, — произнес Морозов, не зная с чего начать.

Коля подался вперед и попытался отобрать у девочки Сипсика. Та зашипела, дернула игрушку на себя двумя руками.

Морозов отвесил Коле звонкий подзатыльник. Мальчишка ойкнул и отскочил.

— Это что за выходки? — Игорь строго посмотрел на него. — Не сметь обижать… новеньких. Понятно?

— Понятно, — буркнул Колька, потирая затылок. — Я просто хотел…

— Цыц.

Морозов пригляделся к девочке. Она была старше мальчишки, но худоба делала ее меньше. Мальчишка же был совсем маленький, однозначно младше и Коли, и Олега, и Андрюшки.

Он испуганно смотрел на Морозова и шмыгал носом.

Игорь нашел две чистые миски, кинул туда несколько кусочков зайчатины, налил наваристого бульона. Вытер две ложки о свою рубаху, протянул их новеньким.

— Кушайте.

Девочка с недоверием посмотрела на него.

— Ладно модничать, — улыбнулся Морозов. — И так по ночам уже лакали из кастрюли.