Карсон выключил прожектор.

– Видимо, придется потратить больше времени, чем мы рассчитывали, – сказал он.

Зазвенел зуммер связи. Сигнал с «Эшли».

– Да, мы слушаем, – отозвалась Анджела. Это был Терри.

– У нас для вас дополнительная информация.

– Слушаю.

– Ни один из объектов не находится на солнечной орбите. Они летят сквозь систему. Эти объекты не из этой системы.

– Ты уверен? – Несколько иронично поинтересовалась Анджела.

– Да, уверен. У меня для вас есть еще кое-что: они летят параллельным курсом. И движутся почти с одинаковой скоростью.

Карсон улыбнулся Хатч. Его улыбка стала еще шире, когда он услышал частое дыхание Анджелы, будто она стояла перед мчащимся поездом.

В разговор вмешалась Хатч.

– Скорость, – спросила она. – С какой скоростью они летят?

– Дальний со скоростью две тысячи восемьсот и замедляется. Другой – три тысячи двести и ускоряется.

– Скорость волны, – с надеждой произнесла Хатч. – Они движутся приблизительно со скоростью волны.

Карсон постарался обуздать воображение.

– А ты что думаешь, Жанет?

– То же, что и вы.

Возможно, это оно. Слова единственного здесь профессионального археолога ободрили Карсона. Старый полковник отбросил сдержанность, глаза заблестели.

– Терри, – сказал он, – как близко они к нам подойдут?

– К нам? Один уже пролетел мимо, – ответил он. – Другой пролетит на расстоянии тридцати миллионов. Плюс-минус допуск.

– Так какого он размера?

– Двадцать три тысячи километров в ширину. Иногда.

– Иногда? – спросила Хатч. – Что же это за объект?

– Мы не знаем. Облака не сферические. У нас есть много разных измерений. Может, некоторые и не правильные. Трудно сказать.

Пар стелился по стене.

– Похоже, что дракон и правда здесь, – сказала Хатч.

– Преждевременный вывод, – заметил Карсон. Но глаза выдавали его нетерпение.

– Я до сих пор уверен, что это облако, – сказал Драфтс.

– Проверь еще разок, – ласково попросила Анджела.

Через тридцать минут они вернулись в лагерь и просмотрели поступающие изображения. Самый дальний объект казался туманной звездой, пятном за стеной дождя. А другой объект грозовое облако – облако зловещего яркого света. Совсем как буря на закате дня.

– Так, – произнесла Анджела, будто это слово подытоживало все необъяснимое. – Что бы это ни было, важно уже то, что оно есть. Важно, что здесь вообще что-то есть. Вторжение постороннего объекта в Солнечную систему само по себе редкость. Мне просто не верится, что это случайно произошло как раз в том момент, когда мы оказались здесь. А раз есть два объекта, то держу пари, что будут и другие. И много.

– Это напоминает волну, – настаивала Хатч.

– Я этого не говорила.

– И тем не менее напоминает.

– К сожалению, – произнесла Жанет, – если это то, что мы ищем, мы не сможем хорошенько рассмотреть.

– Почему? – спросил Карсон.

– Тридцать миллионов – расстояние не близкое.

– Не стоит беспокоиться, – сказала Хатч. – Если Анджела права, скоро появится еще один. Я думаю, что пора прекращать строить Оз и вести наблюдение.

На «Эшли» Жанет и Драфтс по очереди дежурили за мониторами.

Драфтс проявлял интерес не только к своей науке. У него присутствовало чувство юмора, и он умел слушать. С ним вполне можно поговорить на интересующие темы. Жанет решила, что если бы ей пришлось по долгу службы лететь с кем-нибудь вдвоем целый год в какой-нибудь жестяной коробке, то с Драфтсом у нее бы не возникло проблем. Он расспросил Жанет о сборнике японской поэзии, который она читала, и заставил написать трехстишие. Через несколько минут Жанет прочла следующее:

– Замечательно, – похвалил Драфтс.

– Теперь твоя очередь.

– У меня так хорошо не получится.

– Не получится, если не попытаться.

Он вздохнул и взял в руки блокнот. Жанет смотрела, как он мучится. Драфтс напряженно улыбался, потел и, наконец, прочитал: