Глупец, фанфарон, самовлюбленный идиот, как утверждала Кэти… Знал ли Хью об этих президентских слабостях? Вроде бы не тайна для проницательного человека… не больший секрет, чем остальные президентские привычки…

Выходит, знал. А если знал, к чему дебаты?

Игривая ручка Мэри-Энн нырнула за воротник комбинезона. Каргин извлек ее, со вздохом приподнялся, отхлебнул компота и промолвил:

– Вертушка сама по себе не летает, джентльмены.

– Разумеется! – с энтузиазмом подхватил Арада, наблюдая, как Тэрумото ломает ветки и подбрасывает их в костер. – Разумеется! – Пламя взметнулось, высветив на миг лицо аргентинца: он улыбался. – Представим, мистер Паркер, что нам сопутствовал успех: подкрались незаметно, перестреляли часовых, отбили вертолет… представим, что ни один из нас не пострадал, не ранен и не истекает кровью… представим, наконец, что баки – полные, и курс нам ясен… Представим все эти чудные вещи и спросим: кто поведет машину? Я, во всяком случае, за это не возьмусь.

Помнит ведь о баках, умник!.. – с невольным одобрением подумал Каргин.

– Вы? Кто говорит о вас? – Бобби презрительно сморщился и отчеканил: – Я поведу!

– Боюсь, что вместо Кальяо мы попадем в Ханой или Гонконг… Либо, что вероятней, на обед акулам. – Хью повернулся к Мэри-Энн, пытаясь разглядеть ее в зыбких отсветах костра. – Что вы скажете, мисс Паркер? Вы летали с братом? Вам не страшно? Готовы рискнуть?

– Если накачаюсь бренди до макушки. Но Тейт, старый пройдоха, припрятал бутылку и говорит, что Керк велел грызть персики… Персики, подумать только! – Она ущипнула Каргина за ухо. – Издеваешься, да? Нехорошо! Ковбои так не поступают с девушками!

Арада пожал плечами. Блики от крохотных огненных языков скользили по лицу аргентинца, и нескончаемая пляска теней и света придавала Хью вид дьявола-искусителя. Казалось, сейчас он ухмыльнется и запоет одну из мефистофельских арий: «люди гибнут за металл» или «мой совет – до обрученья не целуй его».

Том сунул в костер очередную ветку и откашлялся. Голос его был ровен и тих.

– Паркер-сан, Арада-сан… – Два вежливых поклона в ту и другую сторону, – В нашем положении главное – согласие. Три дружных пса, как говорят китайцы, одолеют тигра… – Снова короткий поклон, на этот раз адресованный Каргину, – Смею заметить, что у нас есть пилот. Такой пилот, который мог бы доставить нас в Кальяо. Если Керк-сан не возражает…

– Я возражаю! – Боб стукнул по колену кулаком. – Заткнись, Тэрумото! Твоего мнения здесь не спрашивают! Твое дело – не болтать, а стрелять, когда будет приказано! Понял?

– Понял, – с мрачным видом отозвался японец. – Я буду стрелять и защищать вас, Паркер-сан, но если меня не убьют, и я окажусь, как все остальные, в вертолете, то жизнь моя будет в ваших руках. Вы сможете ее сберечь?

– Бог сбережет… Будда или кто там у вас, – буркнул Бобби. – Но если ты мне не веришь, оставайся. Меньше груза, дальше улетим.

– Я католик, а не буддист, сэр, – отозвался Томо и что-то тихо произнес, сначала на японском, потом на английском. Каргину послышалось: «Холод пробрал в пути… У птичьего пугала, что ли, в долг попросить рукава?»

Хью хмыкнул и пожал плечами.

– Ну, ладно, ладно… хватит, господа. Не будем гадать о завтрашнем дне, вернемся к делам насущным. А дела таковы: мы имеем план, и я бы хотел узнать соображения дона капитано. Как-никак, он среди нас единственный профессиональный военный.

– Опасная затея, – зевнув, подвел итог дискуссии Каргин. – Я бы попробовал взлететь и тут же связаться с материком. Может, получится – в вертолете есть передатчик… Но все равно – опасная затея!

– Почему?

– Неопределенные факторы риска, дон Арада. Ничего не известно о том, как охраняется объект, хватит ли горючего и где второе помело… Вторая машина, я хочу сказать.

– Разве это важно?

– Важнее некуда!.. Вторую вертушку необходимо уничтожить – скажем, расстрелять ракетами. Если нас догонят… – Каргин потер слипающиеся глаза – спать хотелось неимоверно – и добавил: – В общем, так, джентльмены: с вертушкой я управлюсь, однако не в бою. Против опытного пилота мне не выстоять, а пилоты у неприятеля отличные, вы уж мне поверьте. Если нас догонят, всем конец.

Наступило молчание – только потрескивали сучья в крохотном костре да слышались яростное сопение Боба и странные звуки из мангр. Может, верещали жабы или попискивали птицы, устраиваясь на покой… Наконец Арада протянул:

– Неопределенные факторы риска… слишком неопределенные… Но ваши рекомендации, дон капитано, тоже определенными не назовешь. Вчера вы заметили, что надо изучить обстановку, а лишь потом принимать решения. Согласен! Теперь обстановка, я думаю, изучена в деталях, – он бросил взгляд на «ингремы» и груду запасных обойм. – Да, в деталях… И что же вы нам скажете?

– Скажу, что кое в чем согласен с вами. Лучшая тактика – сидеть, не высовываться, ждать… в крайнем случае – обороняться. Позиция наша практически неприступна, есть оружие, возможность маневрировать, плюс шестеро боеспособных мужчин. Трое – пожалуй, четверо – профессионалы, так что по-быстрому нас не взять. А время поджимает.

– Нас?

– Нет, их. Если продержимся день-другой, они уберутся. Пожалуй, уберутся… В конце концов, главная их цель достигнута. В сравнении с патроном, со старым Патриком, мы мелочь… Объедки с барского стола…