— Ну ты представь, нет, ты только подумай. В один прекрасный день раздастся звонок, и чей-нибудь голос скажет: «Алло, это миссис Мерфи? С вашим мужем случилось несчастье. Ему отстрелили…»

Она начинала смеяться, закрывая рот ладошкой.

— Линда, перестань. Это дурацкая шутка. Все, что касается ранений… — Он не выдерживал и начинал смеяться вместе с ней.

Такие разговоры случались довольно часто, до тех пор, пока не родился Денни. Это произошло семь лет назад.

Сегодня у него торжественный день. Очень торжественный день. Первая демонстрация Эда-209. Его детища. Универсального робота-полицейского. Все будет в порядке. Должно быть в порядке. Для него Эд-209 не просто эксперимент. Это последний шанс получить повышение. Он достаточно реально смотрит на вещи. Его карьера катится под гору. Вероятно, еще год-два, и пенсия. Но от 209-го зависит, насколько большой она будет. Компания вложила в этого робота без малого пятьдесят миллионов долларов. Огромная сумма. И такая же огромная ответственность.

Ричард вздохнул и поправил галстук. Не волнуйся, Дик. Не волнуйся. Все пройдет отлично. Эд-209 очень хорошо показал себя в лабораторных испытаниях. А кроме того, все прекрасно понимают: Эд нужен городу. Преступность растет. Учащаются забастовки. Да, да. Эд-209 необходим Детройту. Пятимиллионный город задыхается без него. Именно поэтому Том Маккой — президент «Оу-Си-Пи» — так волнуется за испытания. Каждый день звонит, узнает, как идут дела.

Все в порядке. Все в полном порядке.

Сегодняшние испытания — его шанс. Дай бог, Дик Джоунс облажается. И тогда наступит звездный час. Да. Главное, вовремя подъехать к боссу. И, возможно, Фортуна улыбнется ему. Он чувствует, что сегодня — его день. Ей — богу, прямо наитие какое-то. Словно сам Господь Бог подталкивает в спину и шепчет: «Ну смотри, Боб, я посылаю тебе шанс. Лови удачу, парень».

Да нет. Это, конечно, ерунда. Он не верит ни в бога, ни в черта. Но сегодня что-то особенное. Если ему повезет, то трусцой в церковь — и свечки всем святым. Господи, ну сделай же это, а уж за ним не заржавеет.

Его идея ничуть не хуже идеи Джоунса. И если этот электронный громила Эд сегодня облажается, он знает, что делать.

Ну, давай, Боб! Удачи тебе!

Эта вонища его доконает. Точно. Все. Они ждут еще пять минут и сматывают удочки. Эмиль был прав. Надо быть полным идиотом, чтобы поверить в эту сказку о двадцати миллионах. Этот парень — Бобби — труп. Ему с самого начала следовало бы знать, что Кларенс Бодигер не позволяет разным уродам динамить себя. Из-за этой вонючки они проторчали на адской жаре уйму времени. Нет, он точно труп.

Кларенс поправил дробовик под плащом. Нэш и Кокс разорвут Бобби на куски. Ха! Два часа сосались на жаре, как… Да еще перед всем народом. Сдохнуть можно. Расскажи кому — не поверят.

Но и он хорош. Купился, как пацан подзаборный.

Его ладонь медленно поглаживает нагретый телом ствол дробовика.

Хлебнуть бы чего-нибудь. Пивца, например. Из холодной — со льда — пузатой бутылочки. М-да… Сколько там времени-то!

Он не успел взглянуть на часы, как тяжелая дубовая дверь банка открылась, и из нее, щурясь от яркого полуденного солнца, появился охранник в серой, мышиной форме.

Это даже не копы, а обычные банковские тюфяки. Странно! Двадцать миллионов — кругленькая сумма. По идее, здесь должна быть уйма народу, да еще и вооруженные до зубов.

Следом за первым идут еще четверо бугаев, таща в руках тяжелые металлические ящики. Судя по тому, как сгибались охранники, в этих «сундуках» были деньги. Бабки! Капуста!!!

Замыкал шествие лысоватый коротышка. Пальцы его подрагивали на рукоятке «кольта» 38-го калибра.

Нэш и Кокс тоже заметили охранников и с утроенным пылом принялись целоваться. Кларенс чуть не рассмеялся, глядя на них. Он расплылся до ушей. Коротышка подозрительно покосился на него, но «пушку» не вынул.

«Это ты напрасно, милый, — подумал про себя Кларенс, — из пистолета нужно стрелять, а не таскать его для красоты».

Он отделился от горячей стены и не спеша достал дробовик.

— Эй, мистер! — Окликнул он коротышку.

Тот обернулся и увидел направленный в живот ствол. Охранник схватился за пистолет, но было уже поздно.

Кларенс без всякого сожаления спустил курок.

Программа новостей телекомпании «Мидия-Брайт». Дайте нам свое время, и мы дадим вам весь мир!