– Да?

Халлет замялся, не в силах понять, что его гложет.

– Большое спасибо за совет… Вы не могли бы уточнить, кто спрашивал о книге про арабскую войну?

– Нет, – после небольшой паузы ответила Кейт Фаркхар-Томпсон. – Сожалею, но это было две-три недели назад, а звонков у меня очень много. По-моему, это был иностранец, возможно, американец… Кажется, он упомянул что-то про Амман или Оман.

Поблагодарив ее, Халлет положил трубку, после чего достал с верхней полки книжного шкафа коричневую записную книжку. Все было очень туманно, но Халлет верил в старую пословицу: «Осторожность никогда не бывает лишней». Он позвонил Спайку.

Через три дня после звонка Халлета в издательство полковник Макферсон сел на самолет местных линий, вылетающий в 16.15 из Глазго, и в половине седьмого вечера уже был у себя дома в Арчери-Клоусе. «Мини» Спайка уже стоял у вымощенной плиткой дорожки, что вела к дому.

После того как они выпили по рюмке за встречу, Макферсон проводил Спайка в свой кабинет.

– Значит, они вернулись? – спросил он.

– Да, такая вероятность существует. Ниточка очень тонкая; определенно, этого недостаточно, чтобы просить полицию организовать охрану.

– Но достаточно, чтобы возбудить твое беспокойство, иначе ты не заставил бы меня срочно возвратиться на юг.

Спайк кивнул:

– Не хочется упустить шанс.

– Отлично, – сказал Макферсон. – Мы ничего не теряем, если только не будет повторения того, что произошло на шоссе А-49. Странно, лет двенадцать назад я встречался с твоей новой «жертвой» на заседании комиссии по экспорту, куда меня заманил Кемпбел Адамсон.

– Я немедленно наведу об этом человеке справки и подниму «местных», – сказал Спайк.

– Сколько человек ты собираешься привлечь? – спросил Макферсон.

– Зависит от того, где живет жертва, но в любом случае это должен быть наивысший приоритет. Две группы по четыре человека, если удастся их найти.

– Согласен, – сказал Макферсон. – Брось на это дело все силы. Я уже и надеяться перестал, что мы когда-нибудь схватим мерзавцев. Ведь это из-за них, по сути, распался Комитет.

– Если Мейсон и Халлет свободны, они возглавят группы, поскольку оба с самого начала замешаны в этом деле. Вероятно, Мейсон даже знаком с жертвой или хотя бы слышал о ней. Все, кто служил в Омане, продолжают встречаться друг с другом.

Макферсон кивнул.

– Насчет Блетчли никаких новостей? – спросил Спайк.

– Я как раз собирался рассказать. Джейн позвонила на прошлой неделе, перед тем как я отправился на север. Говорит, на ее звонки Блетчли отвечает очень высокомерно, поэтому она старается не задавать лишних вопросов. Джейн обмолвилась, что Блетчли жаловался на пальцы – мол, все труднее печатать, и он хочет нанять машинистку.

– А Джейн не согласилась бы предложить свою кандидатуру?

– Я подумал то же самое. Изложил ей все как есть, но ты же знаешь, какая она несговорчивая. Я предоставил ей решать самой; будем надеяться, она понимает, как это для всех нас важно.

– А что, если он все-таки напишет свою книгу?

– Поскольку нет оснований помешать Блетчли, обвинив в клевете, нам придется лишь стиснуть зубы и терпеть. Большинству «местных» ничто не грозит, но у Мейсона, Халлета и тех, чьи подписанные отчеты Джейн отдала Блетчли, будут неприятности. Одному богу известно, о чем Блетчли собирается рассказать.

– Об этом станет известно и нам, – усмехнулся Спайк, – если Джейн устроится к нему секретаршей.

В понедельник 22 октября я допоздна провозился в нашем северном лесопитомнике. Вечер был погожий, а подвязывать саженцы клена и бука можно и в свете фар. За воротами к западу на двенадцать с лишним миль вдоль побережья Северного Девона раскинулись дикие холмы Эксмура. Я любил эти места, и мы, хоть и прожили здесь всего шесть лет, уже успели посадить шестнадцать тысяч деревьев, в основном лиственных. Жена разводила коров породы абердин-ангус и лабрадоров-ретриверов, и моя работа в качестве европейского представителя нестареющего нефтяного магната, знаменитого доктора Арманда Хаммера помогла нам превратить эти заброшенные земли в небольшую, но доходную ферму.

В последнее время меня все чаще одолевало беспокойство. Здоровье доктора Хаммера резко ухудшилось, и впереди замаячил призрак безработицы. Чтобы в самом ближайшем времени не столкнуться с проблемой безденежья, я взялся писать в свободное время роман об Иране. Книга уже близилась к завершению, еще месяца три, и можно будет предложить ее литературному агенту.

Трактор спустился по крутому склону; впереди за деревьями блеснули огоньки нашего дома. Все электричество ему обеспечивал генератор почтенных двадцати двух лет.