– Ты хорошо готовишь, - на конец обеда поблагодарил меня Шон, довольно потягиваясь. – Наверное тебе тоже хочется переодеться, только Лэкс, я не знал куда девать ее вещи.

Лицо Лэкса на миг напряглось, а потом он тяжело вздохнул и посмотрел на меня. и тут же принялся объяснять свое выражение лица.

– Итак, есть 5 спален. Макса и Кори, Эйтана, Шона, Эдварда-руки-ножницы и моя, так что как понимаешь возникает некая проблема, но у меня есть решение…которое тебе не понравится.

– Черт, прям повторяется история с Кори, - чертыхнулся с усмешкой Шон. – Надеюсь, это не будет похоже на то, что было с ней.

– А что было с ней? – поинтересовалась я, так как раньше ничего такого не слышала от Кори.

– Ну, та же ситуация сложилась в нашем доме в Сан-Франциско, но там ее комната требовала ремонта, а еще мы в ней держали всякую ерунду типа игрушек. Мы дали ей на выбор у кого в комнате она перекантуется. Лэкса она назвала мрачным, меня ворчуном, Макса надоедой, а вот Эйтана веселым, как не странно, и выбрала его комнату. Но ты знаешь Кори, она чем-то похожа на Лэкса, все ей не так и не то, вот Эйтан и выставил ее, а Макс с радостью принял к себе.

– Со мной будет так же? Потому что я бы тоже выбрала Эйтана, - даже не пытаясь шутить заметила я, стуча по губам ложкой. Мне не нравилось, как складывалась ситуация. Эйтан при этом усмехнулся.

– Нет, не переживай, - сухо заметил Лэкс, отодвигая на своей тарелке в сторону лук, так, словно он был отравлен. – Ты будешь в моей комнате, так как у меня единственного есть гостиная, которая закрывается на дверь. Там есть диван, он раскладной, и моя ванна отдельная от их, так что думаю легче делить ее со мной, чем с Эйтаном и Шоном. Эйтан никогда не моет после себя ванную.

– Зато Лэкс может драить ее с хлором, пока та не заблестит. Это клиника.

– Он ипохондрик, - поддержал Эйтана Шон, при этом они явно насмехались над Лэксом. Но тот лишь приподнял уголки губ, никак не комментируя их слова.

– Могу гарантировать, что зато не буду храпеть, в отличие от некоторых и посягать на твою…хм…добродетель…

Это было сказано таким тоном, что даже я не смогла удержаться от смеха. Эйтан ржал расплевывая еду на нас всех, Шон свалился со стульчика, а Лэкс лишь раздувал ноздри и жевал недовольно губы. Я смеялась до слез, чувствуя, как прихватывает живот.

– Откуда ты такие слова знаешь? – отдышавшись, Шон вернулся на стульчик.

– Читаю много. – то как он это сказал, отбило у меня охоту смеяться, но явно не испугало парней.

Чтобы отойти от этой темы я сказала:

– Я готовила, вы моете посуду. Хочу тоже в душ…если конечно на сегодня нет планов на мое изменение.

– Эдвард-руки-ножницы приедет завтра, а сегодня можешь отдыхать, - благосклонно отозвался Лэкс, - потом придешь вниз, поставишь подпись в контракте, и можешь отдыхать. Но если будешь идти на улицу, прикрывай лицо и плечи, я точно знаю, что твоя кожа должна оставаться белой.

Честно говоря, это прозвучал очень странно, даже в некотором смысле интимно, но парней это нисколько не удивило, потому и я не стала ничего говорить. Белой, значит белой, я и так слишком быстро сгорала.

– Моя комната в самом конце коридора.

– И она неоправданно большая. – пропел Шон, явно подтрунивая над Лэксом. Я не стала слушать, что тот ответил ему, а поспешила уйти, чтобы расслабиться. Не смотря на дружелюбность, я все время была как скрученная пружина, и чувствовал дискомфорт. Я все время при них чувствовала себя напряженной, будто боялась в любой момент какого-нибудь подвоха. Если бы они узнали об этом, то наверняка обиделись бы.

Как и говорил Лэкс, его комната была в конце коридора на втором этаже, и не сложно было понять, что она принадлежит ему. Аскетичная и в то же время вещи в ней были дорогими: кожа, дерево, стекло, метал. Белый, серый и темно-синий. На стенах висело несколько его удачных фотографий, некоторые я узнала, так как они были на разворотах известных журналов, но все остальные фотографии были пейзажами или же фотографиями Эйтана, Шона и Макса, а также Кори. Фотки явно были сделаны во время концертов, но до того как они выходили на сцену или после. Несколько с отдыха – все они веселились и дурачились. Фотограф явно улавливал моменты, когда они раскрывались полностью и снимали маски. Эйтан был на них задумчивым, а не таким веселым как его знала публика, Шон или улыбался, или становился почти нежным, а Макс и Кори не отрываясь смотрели друг на друга. Фотографии были очень красивыми. Такие хотелось иметь в альбоме с подписью «Друзья».

Гостиная в комнате Лэкса, как он и говорил отделялась дверью, и в ней стоял маленький деревянный столик, покрашенный в белый цвет, на полу валялись разноцветные пятна – кресла-подушки, и стоял кожаный диван, который действительно раскладывался. Ну и стену, конечно же украшал телевизор, как иначе можно обойтись без этого в комнате парня.

На висячих закрученных полках причудливых форм стояли книги и диски, на столике валялось куча папок, из них выглядывали ноты и еще десятки фотографий, лежал фотоаппарат. Одна стена была полностью спрятанным шкафом, где кто-то оставил половину места свободным. Его дверки подсвечивались голубым неоновым светом, и мне показалось это красивым. А противоположная сиена сплошными окнами, до пола, которые раздвигались и выводили на балкон.