Стремительность, с которой был отремонтирован дом, купленный у Эда, поразила Эллен и заставила корчиться от зависти всех ее знакомых. Или в маленьких городках до сих пор не забыли, что такое добросовестная работа, или мистер Сэллинг пользовался значительным влиянием среди местных ремонтных контор, хотя и не желал в этом сознаваться. Водопроводчики, электрики, плотники не успевали сменять друг друга, и каждый раз, приезжая туда, Эллен видела, как дом меняется на глазах.

В самый разгар суматохи вернулись из колледжа ее племянники, Артур и Сэм, и, едва осмотревшись, тут же созвали семейный совет, заявив тетке, что: глупо выбрасывать деньги на ветер, если многое они смогут сделать сами. Робкие возражения Эллен были решительно ими отметены, и уже на следующий день они всей компанией (включая Фила) отправились в дом между холмов, снаряженные спальными мешками и солидным запасом консервов, чтобы выкрасить каждый сантиметр дерева, попавшийся им на глаза. Огорчению Пенни не было пределов. Занятия у нее заканчивались только в начале июля, и вдоволь помахать кистью ей позволялось лишь в выходные.

События последней недели слились в одну сплошную вереницу. Впоследствии Эллен так и не могла припомнить ничего конкретного – только мелькание фигур, перетаскивающих мебель и чемоданы, заколачивающих гвозди и развешивающих картины, подшивающих края новых портьер и расстилающих ковры. Когда вся ее семья наконец разъехалась, вся тяжелая работа была сделана. Правда, чуткие домочадцы позаботились о том, чтобы Эллен хватило забот по меньшей мере еще на несколько дней, и она не могла этого не оценить.

И вот, стоя в дверях, она махала вслед автомобилю, увозившему от нее всех се близких. Днем раньше они посадили Пенни на самолет до Нью-Йорка, откуда она, присоединившись к туристской группе, должна была отправиться на месяц в Европу. А сегодня Эллен провожала Джека и племянников. Мальчики собирались провести пару дней с друзьями в Вашингтоне, а потом разъехаться на все лето: Артур – воспитателем в спортивный лагерь, Сэм – поработать в одном из северных штатов (осенью ему предстояло держать экзамен на докторскую степень), а Фил – в поход по Канаде с двоюродными братьями Джека. И теперь, глядя на красные огоньки машины, терявшиеся меж двух сосен в конце подъездной аллейки, Эллен с мучительной остротой поняла, что остается совсем одна.

Красные пятнышки расплылись – и не только из-за дождя, который вдруг начал накрапывать, добавляя уныния моменту. Смахнув слезы и пару раз шмыгнув носом, Эллен вернулась в дом. Она поставила на проигрыватель пластинку и уселась прямо на полу в гостиной, среди коробок с книгами, которые предстояло распаковать. Новенькие стеллажи сияли свежей краской, напоминая о племянниках. В камине жарко пылал огонь – его разжег Джек, на прощанье. Потрескивание поленьев, и музыка, и шуршание страниц постепенно улучшали мрачное настроение Эллен. Правда, полки заполнялись медленно: каждый том нужно было тщательно протереть от пыли, да еще постоянно попадались любимые книжки, которые Эллен давно не перечитывала, – как тут удержаться и не пробежать несколько строк. Она как раз углубилась в третью главу «Сентиментального путешествия», когда в дверь позвонили. Разминая затекшие ноги, Эллен поковыляла в прихожую, отмечая на ходу, что неплохо бы поискать в магазинах старинный дверной молоток: звонок слишком напоминал о цивилизации и казался чужеродным в этом упоительно уединенном месте.

Уверяя Джека, что не боится оставаться одна, она не преувеличивала; и теперь открыла дверь без колебаний. Но вид нежданных гостей заставил ее в ужасе отшатнуться.

Мужчина, стоявший на веранде, не вызывал опасений. Высокий и широкоплечий, одетый в старый дождевик, по которому стекали капли, и с поразительно юным улыбающимся лицом, казавшимся еще моложе на фоне преждевременной седины, он был ей даже знаком: Эд Сэллинг как-то указал на него. Но псы, скалившиеся с обеих сторон, любого обратили бы в бегство. Это были огромные доберманы, черные как сажа.

– Миссис Марч? Позвольте представиться: я ваш ближайший сосед. Норман Маккей. Это мой дом там на холме.

– Да-да. – Эллен протянула ему руку. – Мистер Сэллинг упоминал о вас. Войдете?

– С удовольствием. Если не помешаю, конечно. Я пришел бы и раньше, но знал, что вы очень заняты. А сегодня увидел, как ваша семья уезжает, и подумал, вам приятно будет узнать, что здесь у вас тоже есть друзья.

– Очень любезно с вашей стороны, – искренне сказала Эллен. – Вы не можете помешать, потому что дел у меня хватит еще на месяц. И я как раз собираюсь пить кофе.

Она отступила назад, приглашая войти. Вместо того, чтобы последовать приглашению, Норман наклонился и схватил собак за ошейники.

– Надеюсь, мои спутники вас не напугали?

– О нет, – храбро солгала Эллен.

– Я специально взял их с собой, чтобы представить вас друг другу. Теперь, если повстречаете их как-нибудь на прогулке, не бойтесь. Они не нападают без приказа, но выглядят довольно устрашающе, особенно если наткнуться на них неожиданно... Брюс, Чемпион – познакомьтесь с миссис Марч.

Эллен протянула руку и дала ее обнюхать каждому из псов по очереди. Обычно она не боялась собак, но теперь была благодарна своему гостю за то, что он крепко держал их. Она понимала, что это излишне и что псы на самом деле прекрасно вышколены, но чуткость Нормана тронула ее.

Вежливо обнюхав ее руку, собаки легли на пол – одновременно, с синхронностью искусных акробатов. «Или отлаженных механизмов», – невольно подумала Эллен.

– Потрясающе! – восхитилась она. – Я даже не заметила, чтобы вы подали им знак.