Формальности исполняются достаточно быстро. Маэстина обирает кольца с пальцев, отстегивает браслет, рывком через голову снимает цепочку с очками от солнца. В последний раз стискивает мою руку, заглядывает в глаза - может, все-таки удастся обойтись без этого?

И словно в ледяную воду, шагает в Круг Света.

Секунда, другая... вот она уже в центре... Теперь я знаю, как ЭТО выглядит со стороны - мгновение, и ничего нет. Круг чист - с виду.

– Принял, - шепчет мне Шэлен.
– Да и с чего бы ему ее не принять? Я таких трясущихся знаешь сколько уже перевидала? И ничего, все выходили, как положено...

Я жду, не отрывая взгляда от таинственного светлого пятна. Истекла минута, пошла вторая... Не знаю, сколько должна длиться эта процедура - мне в свое время показалось, что минут пятнадцать, но очевидно, что в этом деле я менее всего могу доверять своим ощущениям. Я уже поворачиваюсь, чтобы уточнить у Шэлен...

...как страшный, захлебывающийся крик-визг ударяет мне в уши, мечется под сводами зала, и я вижу, как Маэстина, словно из ниоткуда, вырывается из Круга, пробегает несколько шагов и падает лицом вниз у дальней стены.

– Господи милосердный!
– Шэлен вскакивает из-за стола. Никогда ничего подобного...

Мы кидаемся к Маэстине - прямо через Круг, словно это простое пятно от уличной лампы. Еще через пару минут рядом с нами оказывается Ударда, а вслед за ней - Нодди.

– Маэстина! Что с тобой, Маэстиночка?!
– я пытаюсь заглянуть ей в лицо, но она бьется в моих руках, кусает мне пальцы, и крик ее постепенно становится каким-то глухим звериным воем без малейшей членораздельности...

– Никогда ничего подобного...
– как во сне, повторяет Шэлен.

– Да нет, было в свое время несколько подобных случаев, роняет Ударда.
– Давно, правда - тебя, Шэлен, тогда и на свете не было. И вызвать этот эффект может только одно - наложение темного резонанса.

– Как это?
– переспрашивает Шэлен.

– Это если человек долго жил под Тенью, или, допустим, слишком долго и тесно общался с каким-то темным лаийи. Это дико убыточно энергетически, поэтому у простого человека, без силы и защиты, выходов всего три: уйти, умереть или постепенно перестроить свою энергетическую схему так, чтобы больше не ощущать дискомфорта. Образно выражаясь, переключить с плюса на минус.

– Да, именно это с ней и случилось. Эта чертова Арлетт...
– тупо говорю я, а Маэстина в моих руках медленно затихает, перестает кричать и биться - но это не покой, а коматозное состояние.
– И что же теперь, Ударда?

– Постепенный распад сознания. Если только не вызвать кого-нибудь, кто в мозгах умеет копаться, как в компьютере, причем срочно... С Озы, может, кого-нибудь, у них эти методики здорово развиты...

– С Озы, говоришь?

Я раздумываю секунду или две, а потом лезу за шиворот и вытягиваю цепочку, на которой висит кольцо. Массивный изумруд как у любой из Жриц - в оправе из серебряных листьев винограда - как у всех Огненных. Знак принадлежности к Братству Стоящих на Грани Тьмы, который я ношу на шее, а не на пальце, ибо Лайгалдэ не рекомендовала мне пользоваться им до окончательной инициации. Но не рекомендовала - не значит запретила.

Не расстегивая цепочки, я продеваю в кольцо средний палец правой руки:

– Ветер - Огню... Ветер, ответь Огню!

...Через полчаса мы все так же стоим полукругом - четыре женщины над пятой, но теперь с ней возится шестая - в белом платье с вышитыми на юбке золотыми молниями, с перекинутой на грудь золотой косой. Еще одна из нас - Нэда Таллэссин, Жрица Ветра, что шагнула сюда прямо из Храма Всех Святых в Заветном, не сняв ритуального облачения.

Двери зала впервые за долгие годы плотно закрыты, чтобы никто, кроме нас пятерых, не узнал об этом страшном казусе. Нет, как хорошо, что я догадалась услать Имму на аттракционы...

– Жить будет, - Тали поднимает к нам взгляд.
– Разрушиться успело не так много, я восстановила большинство связей. Но минус-подсадку оказалось невозможно стереть, поэтому я просто ее заблокировала. И не дай-то боже она хоть когда-нибудь окажется разблокирована - это чревато мгновенным самоубийством. Так что лучше всего для этой девушки возвратиться назад на свою Суть - там возможность случайного снятия блока почти равна нулю. Я все сделаю - сотру воспоминания об Авиллоне, пережгу способности мотальца, вложу легенду, чтобы оправдать ее долгое отсутствие... с легендой уж ты помоги мне, Элендис. Чему в твоем мире поверят?

– Она деньги сняла со своего счета, огромную сумму, начинаю соображать я.
– Могло быть, что она разболтала об этом вкладе где-нибудь на танцах - она всегда была большим треплом. И вот ее похитили какие-то малознакомые ребятки и держали до тех пор, пока она не сказала им номер счета. Опять же похудела она за последнее время - родители поверят...

– А отец ее не начнет с полицией искать этих ребяток? хмыкает Нодди.

– Пусть ищет. Это уж моя забота, - Тали снова склоняется над телом Маэстины, глаза ее стекленеют.