Шрифт:
Долгий-долгий проигрыш, он уже истомил меня, кружится голова, и я почти не осознаю, когда вступает этот рвущий душу, знакомо бесплотный голос:
Слабый шорох вдоль стен, мягкий бархатный стук,
Ваша поступь легка - шаг с мыска на каблук...
Танец, снова танец... Снова полупризрачное кружение масок среди черных мраморных стен, и два застывших Нездешних лика оправленный в медь и оправленный в серебро - сливаются, как по заказу... Я изрядный танцор, прикоснитесь же, лаийи - я выйду! Вот только я не лаийи, и не в моих силах прикоснуться...
Слова... я не слежу их, я в том состоянии, в каком можно только танцевать - но я знаю, что прикована к столбу, все, что я могу - тряхнуть головой, разметав волосы, и я плачу, плачу... о, как мучительна и блаженна эта жажда небытия, особенно сейчас, в проигрыше между куплетами, и кружится, кружится мир вокруг прикованной меня, и с ласковой укоризной - глаза в глаза - тот, кому я сказала "vade retro" и кто теперь потерян навеки. Я знаю, что буду теперь умирать долго, долго, видя перед собой лишь это немыслимо прекрасное лицо и этот все понимающий взгляд, но уже никогда не ступлю в круг рядом с ним... Так умирал Лугхад, так буду умирать я - века, вечность...
И не вздумайте дернуть крест-накрест рукой
Вам же нравится пропасть, так рвитесь за мной...
Он убьет меня, уже почти убил... Так мне и надо - я сама взрастила в себе зерно своей гибели, отвергнув, но не сумев отречься от желаний... Снова проигрыш - боги мои, какая пытка... нет, я не буду умирать века - я умру прямо сейчас из-за невозможности вторить музыке движеньем, взорвусь, разлечусь осколками, как и предсказывала Райнэя... плавный ход мелодии, словно чья-то молитва за мою грешную душу... покойся с миром...
Requiem aeternam dona eis Domine Et Lux perpetua Luceat eis...Чистый, светлый, пронзительный голос девушки вплетается в мелодию, умело подстраивается к ней, словно так и надо - и звучание Языка Закона быстро очищает мое сознание, гонит из него гибельные наваждения... Его гитара звучит еще немного, потом Он почти испуганно роняет руки, но в Его игре уже нет нужды - теперь звучит другая гитара, над моей головой, сверху. Совсем другая мелодия - мягкая, мудрая, печальная, и голос девушки, какому лишь с небес и раздаваться:
– Ты опоздал, мой светлый лорд - увы, ты опоздал, Ты был рожден - а мир твой умирал...Поднимаю взгляд туда, ввысь... На одной из балок, в голубоватом луче, падающем из слухового оконца, стоит Лоти в своем голубоватом одеянии. Ноги ее босы, в руках гитара, и вся она - Свет и голос Света. Едва заслышав этот голос, Райнэя падает на колени, закрывает лицо руками, застывает неподвижно, словно и вправду стала Камнем. Мучительная судорога бежит по лицу Гитранна, но эта судорога ломает застывшую маску, словно лед трескается, и Его лицо на глазах становится таким же, как было в лесу, когда Он пил вино из моих ладоней... А я оживаю с каждым новым словом, сознание делается необыкновенно чистым и ясным, мысли легки, и силой полнится тело! Лоти царит, Лоти торжествует, голос ее - ветер, пламя, прибой, все, что живет и движется, в отличие от мертвого Камня:
– Что ты увидел в искoреженном стекле? Суккубов, пляшущих под звуки виреле, Греха и смерти похотливый карнавал? Рога драконов, яд змеиных жал, Отрубленную голову пажа, Которую ты в губы целовал? О нет, ты видел рыцаря в плаще, Что силы не растрачивал вотще, С хрустальной чистотою дум и дел...Она, Лоти, и есть сейчас этот рыцарь - дева-воительница из тех, что склоняются над Чашей. Лоти... да нет, не Лоти - Азора Лотастар! Она же сейчас в своем Истинном Облике - боги мои, это не входившая-то в Круг Света!
Шальная мысль посещает мое просветленное сознание. Да, она женщина, но в то же время и рыцарь, и власть ее - власть Неба. Значит... значит, можно рискнуть на контакт "спина к спине", сильнее которого, как уверяет Лайгалдэ, у Братства ничего нет объединение сил, рождающее качественно новую светлую мощь!
Единственное препятствие - Азора не знает контактных словключей. И все же стоит попробовать, стоит-стоит!
Лицо Гитранна уже совсем ожило, с волнением и восхищением Он поднимает глаза вверх, любуясь своей неожиданно талантливой ученицей. Голос ее мягко замирает, дочитывая не подлежащий обжалованию приговор над Райнээй:
По доброй воле инфернальное избрав, Ты навсегда отрекся от Добра Но я тебя не в силах осуждать...Где она слова-то такие нашла - здесь, в Кармэле?! Во сне увидела? Райнэя бьется, словно от удара током, когда Азора еще ласковее повторяет: "Но я тебя не в силах осуждать..." Снова слова заупокойной, последний аккорд... Все замерло. Лоти стоит на балке, опустив гитару к ноге и словно не вполне понимая, ЧТО сделала.
И я решаюсь.