Ничего, мы тебя все равно угробим, отродье Кромешников. Вот он, врезавшийся в каменную стену дома, стоит себе, ошалело башкой мотает. Но хоть и в затуманенном состоянии, а понимает, что не столь все радужно и хорошо, что сопротивление оказалось не только серьезным, но и переросло в опасные контратаки.

Вж-жик… Как будто мимо просвистел клинок, от которого удалось отклониться лишь чудом. Ан нет, это часть молекул воздуха оставалась привычной, ну а часть прекратила хаотическое движение, сменив его на направленное. Невидимый острейший клинок, от которого трудно спастись неподготовленному человеку. Да и подготовленному сложновато будет! Какие-то странные воздействия на саму структуру пространства, а может, и нечто вовсе запредельное. Кто знает…

Воздух пластался узкими ломтями, рубя все попадающееся на пути. Словно гигантская секира падала из пустоты с упорством и мощью тупого, тяжелого инструмента. Оставалось отводить ее вбок, подставляя завесы из серебряной пыли, искажавшие метрику пространства, изменяя траекторию ударов, и одновременно оплетать Корректора сетью, сплетенной из бархатистой черноты безлунной ночи. Тут уже не было резких воздействий, и странная, нестандартная для мистиков Фрахталя защита молоторукого пасовала. Он пробовал огрызаться новыми оборонительными чарами, но тогда его атакующее орудие слабело, путалось и било совсем уж неточно.

Все! Сеть сплетена, и теперь только последний штрих – пусть ее обманчиво мягкие ячеи сожмутся, приобретут твердость стали и раздавят молоторукого, как давят в кулаке сочную грушу. Быстро, надежно, эффективно.

– Те-ень!

Голос Глэйр заставляет бросить полураздавленного Корректора, которому уже вряд ли выкарабкаться, и метнуться в сторону иной, более актуальной угрозы.

Картина, представшая перед глазами, была безрадостной. Рэнду, добивающий Корректора в псевдопаучьем виде, был на высоте, с одной стороны, и заслуживал порицания – с другой. Увлекся боем, слишком увлекся. Не приметил, что тощая девица переориентировала свою золотую сеть и пробила защитный контур Механиста. Тот самый, что обеспечивал безопасность Глэйр. И вот сейчас девушка болталась в воздухе, спеленатая тончайшими золотыми путами и заблокированная на мистическом уровне. Увы, но класс противостоящей ей Корректорши был существенно выше.

Рывок вперед, Энергия Цвета, выкачанного из поверженного Корректора, концентрируется, готовая таранным заклятием, построенным по инофрахтальным канонам, ударить. Пока не по женщине, а по паукообразному, и так уже пострадавшему в схватке с Рэнду.

– Хург, уходим!

Мощное меццо-сопрано женщины никак не соответствовало внешности, оно было запоминающимся, глубоким, чувственным. Но бес с ним, с сопрано, поразил почти мгновенный уход из Слоя обоих оставшихся противников. Рябь по пространству – и вот оба Корректора словно проваливаются внутрь самих себя. Еще миг – и все как было… только без Глэйр. Ее они утащили с собой. И крик отдается эхом в ушах. Страх, предчувствие чего-то ужасного, что хуже смерти.

– Мы их поимели. – Удивленно вытаращив глаза, Рэнду-Механист подходит ко мне уже в обычной форме, не в боевой и устрашающей. – Зирг сдох, еще один почти мертв, его добить ничего не стоит.

– И они утащили Глэйр, – добавил я и внезапно сорвался: – Ты куда смотрел, ржавая твоя душа!

– Но она…

– Знаю, что она тебе никто. Не собираюсь взывать к тому, что она МОЯ, а вместо этого напомню другой нюанс. Глэйр многое ЗНАЕТ, а развязать язык, выпотрошив разум… Там опытные мистики, набившие руку в таких делах. Теперь дошла ситуация?

Дошла. Вот теперь точно дошла. Большая часть уже известных планов стала если и не пеплом на ветру, то уж точно потеряла элемент неожиданности. Выражение торжества будто стерли с лица Механиста, он уже мрачно прикидывал возможные неприятные последствия. Прикинул и отправился проверить подранка.

– Контрольное добивание устроишь?

– Нет. Желание есть, но возможности не представится, – ответил Рэнду в ответ на мое любопытство. – Жив. Если постараюсь, то живым и останется.

– Торговаться хочешь?

– Не получится. Жизнь пленного Корректора для Кромешников ничего не значит. Но мы получим информацию.

Отголоски применяемой Рэнду магии показывали, что тут не только целительство, но и сковывающие тело и душу чары. Все разумно, все понятно, а то еще смыться попробует пленник, что нам крайне невыгодно.

Вновь изменение формы, и бесчувственное тело Корректора надежно сковано ржавыми придатками Механиста. А там и я оказываюсь в уже привычном месте, то есть в дополнительно выделенном оборонительном контуре. Ладно, пока что сойдет. Как я понимаю, теперь возвращаемся в цитадель Рэнду и уходим прочь отсюда. Корректоры наверняка приведут своих. Скоро или… очень скоро. Но будет поздно. Пусть ищут ветра в поле! Потом я сам приду, когда расклад будет на моей стороне. Туда, куда сочту нужным.

Преддверие Хаоса

Колодец из грубых, неотесанных камней на сей раз стоял посреди буйства стихии земли. Точнее, песка. Вода била из колодца слабым фонтанчиком, орошая лишь малую часть пространства, обеспечивая относительную прохладу. Везде ярились песчаные вихри, то поднимающие клубы песка, то прессующие его в почти непробиваемые стены.

– Докладывай, Шут. – Божество Хаоса сидело на краю колодца, почесывая скорпикору за ухом. – По лицу вижу, новостей много, и не все приятные. Есть серьезные поводы для беспокойства или все так, пыль на ветру?