– Буду, – пообещал я, – буду слушаться. Только убивать…

– Не будешь, – закончил за меня Кирилл, – понял, понял. Ладно, все, мне пора, дел по горло. Ты своей записной книжечкой нам этих «дел» подкинул – по самое не балуйся.

– Что, помогло? – спросил я.

– Еще как! Думаю, скоро узнаешь. Открылась дверь, в проеме появился Стас.

– Кирилл, – позвал он, – пора.

– Все, – заторопился координатор, – ну, Игорь, пока. Еще увидимся.

И они ушли. Я достал трубку, хорошенько ее вычистил и набил новым табачком. Закурил. Остался все-таки неприятный осадок от разговора, ой остался. Не по душе мне эти разговоры. Ну да ладно, ради Астрала все стерпим. Хотя, может, уйти, может, снова в одиночки? И что? Снова Интернет, поиски таких же, как я, мечты под подушкой? Только теперь и от альвионцев прятаться. Нет, не стоит овчинка выделки. Запихаем-ка свою гордость в подпол, пусть полежит до лучших времен, пусть.

Я пыхнул трубочкой, запустил любимую игрушку. Надо отвлечься от грустных мыслей. Побуду, хоть недолго, сам начальником. Эх, верные герои, пора на штурм, и делайте то, что вам говорят, делайте. Думать за вас буду я. А вы – исполняйте.

Следующие два дня прошли спокойно. Наша команда отдежурила по разу на Белорусском вокзале, происшествий не было. Фло не подавала о себе вестей, но я не беспокоился, знал, что, как только доберется до Интернета, напишет мне. Аналитики вообще часто переписываются по служебным каналам – делятся опытом.

Тему о моем поведении больше никто не поднимал. Стас делал вид, что ничего не случилось, я тоже. Вел он себя доброжелательно, как раньше, но я чувствовал, что между нами плавает ледок. Прохладный такой, едва ощутимый холодок.

На третий день мы снова дежурили с ним на вокзале. Пешком добрались от офиса до площади. Когда вышли к метро, Стас сказал:

– Сегодня у нас немного иная задача. В прошлый раз ребята засекли агента за вокзалом, на другой стороне. Так что немного тут походим, а в обед пойдем проверим, что там им показалось.

Я только кивнул в ответ. Начальник, что сказать. Да и какая разница, там вынюхивать или здесь.

– Работаем, – сказал Стас, и мы разошлись в разные стороны.

Я привычно включил поиск и осмотрелся. Все как всегда. Море аур, клочья выброшенной энергии, большой негативный фон. Вокзал.

До обеда я привычно болтался по знакомым уже местам, встречая потоки пассажиров с пригородных поездов. Без проблем я вылавливал из потоков подозрительные ауры и рассматривал их подробнее. Подозрительными я считал те, что имели в спектре серый оттенок. Как правило, у землян это был знак сильной энергетической слабости. Но альвионцев я так и не встретил.

Чувствительность у меня повысилась, это факт. Теперь я спокойно брал ауры и сквозь вокзальные стены. Видел четко и хорошо. У меня создалось впечатление, что с каждым днем я становлюсь сильнее, однако туннель по-прежнему был закрыт. Я постоянно обследовал его, но всякий раз натыкался на непреодолимую невидимую стену. Не было сил ее сломать, пройти сквозь нее, я лишь молча смотрел сквозь нее на яркую звезду – источник энергии в мирах Астрала, тот самый, что спас мне жизнь. Но силы возвращались. Понемножку, капля за каплей. И чувствительность повысилась.

Поток пассажиров не прекращался. Я бродил туда-сюда, стараясь не привлекать внимания. В частности, это выражалось в том, что я не курил трубку, не толкался, не околачивался возле лотков и палаток со всякой ерундой.

Стаса я даже не видел, но знал, что он не спускает с меня глаз. Впрочем, один раз я его засек – почувствовал его беспокойство и быстро выловил из толпы его ауру. Он был недалеко, за цветочной палаткой. Оказалось, к нему подошел милицейский патруль. Стас в ответ махнул книжечкой, и патрульные удалились. Больше происшествий не было, до самого обеда.

Перекусили мы в «Ростиксе». Стас был мрачен, и я спросил, что случилось.

– Понимаешь, глупо все это.

– Что? – удивился я.

– Да слежка эта. Чистая самодеятельность, детский сад, штаны на лямках. Не так это все делается.

– А как?

– Не так. – Стас нахмурился и хлебнул апельсинового сока. – Вообще вся эта затея – самодеятельность. Профи мало, и они не у руля. Оттого столько осечек.

– Но ведь эта самодеятельность работает? – произнес я, задумчиво кроша вилкой картошку фри.

– Работает, – согласился Стас, – но через раз. Такие вещи надо затевать на мощной базе, с опытным персоналом. МВД, ФСБ…

– А что мешает? – спросил я, стараясь, чтобы вопрос прозвучал искренне.

Так, может удастся узнать что-то новенькое об «Астрале-2»? Но Стас на провокацию не поддался. Он вытер губы бумажной салфеткой, скомкал ее и засунул в стакан с недопитым соком.

– Пошли, – мрачно сказал он, – нам еще тащиться за вокзал.

Мы вышли из «Ростикса», пересекли площадь и поднялись на мост. Он вел за вокзал. Я там никогда не бывал, и мне было интересно.