— Их вокруг столько, — отмахнулся Андерс. — Не убудет.

Леночка невольно отвлеклась на вид, открывающийся с раскопа. Великолепный вид! Плоская, как стол, равнина, алая из-за созревающих бутонов, алая насколько хватало взгляда, до самого горизонта. Их, цветов, здесь действительно столько… Миллиарды и триллионы. Полный материк.

Солнце садилось в сиреневой дымке, на него уже можно было смотреть не щурясь. Круглый синий фонарь, похожий на глаз неведомого божества…

— В отчетах предыдущей экспедиции о цветах ни слова, — заметила Леночка. — "Жизнь не обнаружена", как это вам?

— Мало ли какой у них период вегетации, — пожал плечами Андерс. — Может, они цветут всего лишь раз в сто местных лет…

— Может быть, — вздохнула Леночка.

— Мы ведь здесь уже сорок дней, — задумчиво выговорил Андерс. — Позволите, я провожу вас? Спасибо. Так вот, мы здесь уже сорок дней. И ничего не происходит. Если, конечно, не считать потопа и аномалий в движении планеты по орбите…

— А хотите, чтоб произошло? — серьёзно спросила Леночка, сдерживая шаг, чтобы спутнику не приходилось торопиться. На один её шаг он делал два своих.

— Не знаю, — не сразу отозвался Андерс. — Но мне как-то… Неуютно, что ли? Паранойя заразна. Я — начальник экспедиции, я отвечаю за успех нашей работы. Обидно будет, если не справлюсь.

— Мне по-прежнему здесь не нравится, — призналась Леночка.

Через несколько шагов она сказала:

— Тут ведь уже пытались основать колонию. Как вы думаете, почему они не выжили?

— Или покинули планету. Не знаю. Вещей они оставили много. И в беспорядке. То есть покидали планету в страшной спешке. Если бы удалось отыскать какие-нибудь записи! — с тоской воскликнул он. — Желательно, видеозаписи…

— А они умели их делать, такие записи? — недоверчиво спросила Леночка.

Андерс покачал головой.

— Это была высокоразвитая цивилизация, — убеждённо сказал он. — Подробный анализ образцов показывает: здесь жили вовсе не дикари с каменными топорами. Это была база, форпост. Вероятно, предполагалась дальнейшая колонизация планеты. А по какой причине все сорвалось, разве поймёшь теперь. Пока не найдём записи… книги, фильмы, картины, — все, что угодно! — разгадки нам не видать как собственных ушей. И даже хуже: уши-то хоть в зеркале увидишь, ответы же на Фиалкину загадку…

Он досадливо махнул рукой.

— Хм, — Леночка в этом вопросе ничем ему помочь не могла. — Может… Не там ищете?

— Все может быть, — уныло согласился Андерс. — Уверен, среди найдённых артефактов непременно есть источники информации! Просто мы не умеем их читать. Дайте современную флэшку человеку позапрошлого столетия, ведь тоже не сообразит, что к чему. — Он сокрушительно покачал головой. — Одним словом, наша задача сейчас — собрать всё, что только можно. Привезти на Землю. И озадачить проблемой сразу несколько десятков институтов. О, мы пришли. Вот ваш… дом.

Правильно он запнулся. Называть домом временное строение у Леночки тоже не получалось. Дом — это когда что-то основательное, каменное или деревянное, причём на века. И под открытым небом, а не в искусственной атмосфере защитного купола. А здесь что? Карточные домики. Сложил, упаковал, полетел дальше…

— Знаете что, Ханс, — Леночка впервые назвала его по имени, — А давайте я вас кофе угощу?

— Настоящим? С Земли? — оживился он. — Конечно!

— Пойдёмте…

За пару дней стояния в импровизированной вазе букет вродетюльпанов коллективно пустил корешки. Леночка помнила, что земные тюльпаны — растения луковичные. И корешки срезанный цветок не пустит никогда. Эти же, Фиалкины дети, постарались на славу.

Корни у них оказались необыкновенными. Серебристо-серые, блестящие, они сплетались в общую массу, слабо мерцавшую в темноте. Красиво до безумия, но как бы вазу не разорвали, вон уже их сколько, и какие они здоровые.

— Эх, вы, бедолаги, — пожалела цветы Леночка.

Она принесла с раскопа грунт, сообразила возле порога своего жилого блока что-то вроде клумбы и посадила цветы туда. Полила их хорошенько. Может, приживутся…

Вродетюльпаны прижились. За несколько последующих дней они значительно увеличились в размере. Сменили цвет с красного на нежно-бирюзовый, а лепестки по краям начали махриться, приобретая и вовсе уж причудливую форму…

Их собратья снаружи вымахали тоже. Крупные — с два кулака размером! — красные бутоны находились теперь на уровне груди среднего человека (Леночке они, естественно, были по пояс) Выглядели бутончики впечатляюще. Особенно вдоль дороги к раскопу. На вытоптанной земле ничего не росло, но частокол вродетюльпанов по обеим сторонам дороги впечатлял. Это была картина внушительной красоты и яркости, из разряда раз увидеть и умереть. Археологи отвлеклись, и потратили некоторое время на фотографии и видеоролики на тему как нам живётся на Фиалке. Потом им надоело и они вернулись к работе…