— Гномы атакуют главные ворота. Большинство братьев на стенах, так что замок почти что пустой. Ты в состояние идти сам?

Я кивнул; эльфийский эликсир поддержит во мне жизнь ровно сутки. Потом, правда, мне придется не сладко, но ведь это потом.

— Э… А… Чаво?

Я оглянулся; в углу камеры стояли два человека и гном, которых нужно было убить, но…

…Дайрин на коленях, с грязной миской руках, жертвует, быть может, своей последней водой…

Странно, я всегда был уверен, что благодарность это эмоция собак, а теперь не в состоянии поднять руку против этих людей. Гарден уже поднялся в коридор и ядовито напомнил мне, что гномов не так уж много и они не бессмертные. Я был лучшего мнения о подземном войске, но Гарден был прав. Нужно было торопиться.

— Давайте, поднимайтесь. Пойдете с нами.

— Пойдем куда? — Осторожный, незнакомый голос. Рыжеволосый.

Я опустил факел, так что б они смогли рассмотреть мое лицо. И четко произнес;

— Далеко от инквизиции. Есть еще вопросы?

Вопросов больше не было.

Мы бежали по коридорам замка плотной группой — я в авангарде, за мной Дайрин, Люк (я решил не тратить время на дознание, почему полуэльф остался живым. А Гарден, так тот вообще проигнорировал появление мальчишки) и Ридик. Гарден прикрывал тыл.

Вопреки тому, что думали наши спутники, я не повел их на верхние этажи замка, а наоборот спустился на три этажа вниз, на уровень, где, как я слышал, держали узников из других миров. Ридик остановился, было у одной ямы, и уставился на существо сидящие в ней, но мощный толчок в спину вернул его в шеренгу. Последняя лестница оказалась очень длинной и к тому же слишком узкой для Дайрина, и гному пришлось спускаться боком. Спуск занял почти десять минут.

Мы стояли на берегу широкого, подземного озера. Если верить истории, то отсюда можно было добраться на лодке до Ордоса за одни сутки. Но я не пришел кататься на лодках. Игнорирую вопросы рыжего инквизитора, я поднял над головой мешок с вещами и факел, и вошел в озеро. Времени, поменять те лохмотья, что остались на мне после недели проведенной в руках инквизиции, у меня не было, так что ледяная вода, доходившая мне до колен, оказалась неприятным сюрпризом. Но я бы не остановился, даже если бы пришлось идти сквозь огонь.

Мне повезло с выбором местом для перехода — пройдя не более тридцати футов, я уже вышел на другой берег. Дрожащими, не столько от холода, сколько от возбуждения руками, я приподнял факел, боясь увидеть голый камень…

На скале, темно-красной, почти выцветшей краской, был нарисован дракон.

— Это еще что за чудовище?

Смерив потного и грязного инквизитора презрительным взглядом, я присел и с максимальной осторожностью достал из сумки маленький флакон, на дне которого плескалась темно-зеленная жидкостью. Сжимая флакон в руке, я отошел подальше от рисунка, на сколько это позволял узкий берег, и приказал остальным спрятаться за мою спину. Откупорив флакон, я прижмурился, чуть повернул голову и выплеснул содержимое на рисунок. Эффект оказался моментальным — жидкость зашипела, разъедая скалу и спустя секунду на берег полился расплавленный камень.

Я мысленно посчитал до тридцати и, убедившись, что камень успел остыть — честь и хвала, алхимическим талантам гномов, я медленно, наслаждаясь каждой секундой, подошел к образовавшемуся проходу и заглянул в темноту.

ОНбыл там.

Меня распирала дикая радость, и я повернулся к единственному человеку, способному разделить ее со мной. Гарден стоял на противоположном берегу, держа в руках обнаженные клинки; я моментально насторожился.

— В чем дело?

Ответа не последовало, но я уже и сам услышал топот ног на верхних ступенях, и в темноте засверкали огненный точки факелов. Инквизиция спохватилась.

— Уходите.

Я удивленно уставился на него — ну а для чего, спрашивается, мы пришли сюда? Что… И тут я понял.

— Гарден…

— Ты не знаешь, сколько тебе понадобиться времени. Нельзя зря рисковать.

— Ты…

— Уходите.

Люк, Дайрин и Ридик стояли рядом со мной, явно недоумевая, что мы здесь делаем и отчего не спешим убраться подальше от наступающих инквизиторов. Мне оставалось только сжать кулаки в бессильной злобе — плыть на другой берег и тащить упрямца за собой, не было времени, а я зашел слишком далеко, чтобы остаться здесь и погибнуть в глупом и бесполезном бою против приспешников Узурпатора.

Зажигая новый факел и кинув старый, почти сгоревший, в озеро, я повернулся спиной к своему единственному, сознательному союзнику в Эвиале и твердым шагом вошел в образовавшийся в стене проход. Два человека и гном поспешили за мной.

Мы вошли в пещеру исполинских размеров — в ней могли свободно поместится замок Наместника, цитадель Новой Инквизиции и главный храм Узурпатора, вместе взятые. Мои спутники восторженно вздохнули, но я потерял к ним и к пещере всякий интерес. Посреди пещеры стоял Он.

Последний Кристалл Эвиала.

И я пришел, чтобы уничтожить его.

Я подошел к Кристаллу и положил ладони на холодную поверхность. Бледно-розовый свет окутал меня, и я почувствовал как что-то коснулся моего сознания — Кристалл «читал» меня. Я мысленно сжался, опасаясь, что Он не потерпит уготовленной ему участи.

Свет исчез, и я почувствовал очередной прилив сил — Кристалл одобрил мой план.

— Если хотите жить, подойдите сюда и положите руку на камень.

Не заботясь, выполнят ли они приказ или нет, я закрыл глаза и начал читать Заклинание Исхода, добытое неизвестно кем из мертвого Аркина и позже украденное из личной коллекции барона Ренгпри. Старый дурак даже не осознавал, что было у него в руках.