— Мариэ… эриналэ… я до сих пор поверить не могу, что ты моя и меня любишь…

— Тсс! Арвис, не отвлекай! Мы еще не решили, что делать с послом. А привычки у него есть?

— Ну-у… Любит рыбу под маринадом, как ни странно — сажать цветы, в основном лилии, имеет слабость к худеньким блондинкам, предпочитает камзолы черного цвета с золотым шитьем, обожает выигрывать в триктрак и карты. Карточную заразу привез к нам из родной страны и приохотил к ней часть моих придворных. Играют на второй и четвертый день недели практически ночь напролет. Но компания одна и та же.

— Спорим, та же компания ходит в друзьях Палэниса, и, возможно, часть ее осчастливила вниманием Алиэста? — хихикнула я.

— Не буду я с тобой спорить. Ты эрудированная, — шлепнули меня по попе.

Не поддавшись на провокацию, продолжила:

— Значит, после этих посиделок этот кэрт Саир невыспавшийся, да? Вот представь: наутро ты посылаешь за ним и требуешь срочного прибытия в замок — можешь найти предлог? Пошлины, недоразумение с рыбаками на морской границе? Можешь, да? Сажаешь его в приемной — потому что занят с другими людьми, Тиабр извиняется, просит подождать, приносит поднос с печеньем и вином. В вино что-то подмешано — совсем немного, чтоб задремал. А потом ты выйдешь из кабинета, увидишь прикорнувшего на диване посла и осторожно его растолкаешь — в том не будет криминала или странностей?

— Ну, дивана, где сидеть, у меня не водится. И вечно вокруг народ толпится… Но вот, пока ты говорила, вспомнил, что он просил показать ему пару фехтовальных приемов. Если я встану сзади и первый раз буду направлять его руку своей, странным такое не покажется. Решено, завтра и сделаю. Тем более, что когда я тренируюсь, он почти всегда появляется на плацу — будто ему смотреть на меня нравится.

Арвис тренируется с мечом? Ой, хочу на это поглядеть! Представила его, полураздетого, в черных штанах в обтяжку и высоких сапогах, с разметавшимися по спине темными волосами… мама, и это — мое? Не верю! Хочу увидеть своими глазами!

— Мариэ, потерпи еще немного. Когда я чувствую, как ты меня хочешь, думать совсем не могу…

Хочу? Правда, хочу. Еще неделю назад представить не могла, что так может быть — желание постоянно видеть любимое лицо, слышать голос, сумасшедшая жажда прикосновений, объятий, близости.

— Не волнуйся. У меня то же самое, только еще сильнее. Знаешь, как я боялся не сдержаться? Что меня снова занесет и я тебя отпугну уже навсегда? — В голосе звучал смех. Но я чувствовала, слова серьезны.

— Теперь не отпугнешь, что со мной ни делай!

— Правда? — Черная дуга брови над голубым глазом поднялась. — Тогда сегодня попробую то, что уже давно хочу…

Это на что же я напросилась?

Потрясла головой, пытаясь настроиться на серьезный лад. Что там у нас еще на повестке дня? Или повестке ночи? Кстати, пока не забыла:

— Арвис, скажи, а как Ай узнает, что справился с заданием? И есть ли какой-то срок на его выполнение?

— Срок… Ну, наверное, четкого нет. Пока не началась война и мы не проиграли, время есть.

Есть? Ну и ладно. Мелькнула мысль — пока Ай там, я-то точно тут. С Арвисом.

Повернула голову и встретила внимательный взгляд ярко-голубых глаз. Может быть, если мы уже решили, что делать с кэртом Саиром, можно сделать перерыв? Небольшой такой тайм-аут? Все равно я думать в нужную сторону — хоть убейте! — не могу…

— А почему небольшой? — Колено и рука придавили меня к кровати. — И убивать не стану… Мне интереснее другое. — В голосе слышался смех.

Кстати, в постели Арвис вел себя традиционно по-мужски. Покамест никаких игр с «девушка сверху» у нас не было. Ему нравилось именно брать, овладевать, вести, контролировать. Впрочем, при его богатом опыте и полном отсутствии практических навыков у меня это было как раз тем, что нужно. А мне было по душе принадлежать, сливаться, отдаваться ему, растворяться в нем и его желаниях. Меня полностью устраивало, что до вершины я добиралась приблизительно каждый четвертый раз. Или я еще не втянулась, или у меня аккумуляторы дольше, чем у него, подзаряжаются. Какая разница? Главное — что хорошо было всегда.

Но когда-нибудь, хоть из принципа, я привяжу его к кровати…

Додумать дальше не успела — стало не до того.

Потом он уложил меня в ставшую уже привычной позу — на спине, с перекинутыми через его бедро коленями, поймал руку, переплел наши пальцы…

— Ну что, можем разговаривать дальше?

Мне бы такое самообладание! Я вот глазки в кучку собрать не могу! Но надо.

— Арвис… помнишь, я спрашивала тебя, можешь ли ты видеть моими глазами? Ведь это, как и мысли, которые ты читаешь, тоже в мозгу. Давай потренируемся? Вдруг получится? Вот думается мне, что если это берет не слишком много сил и так же незаметно, как считывание, это будет невероятно полезно… подумай, если ты сам сможешь проследить за Саиром? Вдруг твой дядька — не единственный его шпион?

— Бр-р… — поежился лежащий рядом голый брюнет. — Если вскроем еще одну шпионскую сеть таких же размеров, то окажется, что в заговоре замешана вся Риоллея поголовно…

— Не думаю, что все так страшно. Но, по разуму, посол, если не дурак — а дурака бы не послали, — должен иметь несколько агентов для проверки сведений, которые дает твой дядя, и слежки за ним. Помнишь, ты мне про дворецкого говорил, например? Ведь вряд ли его Палэнис окучивал?

— Ты права… — задумался Арвис. — Так что ты хочешь делать?