По вечерам она старалась уйти с головой в работу. Но затем наплыв посетителей начал постепенно спадать. Многие столики по вечерам оставались свободными. И вскоре только передняя терраса была занята, и никто больше не приезжал заполнить пустовавшие места.

Линни бесцельно бродила по патио и, дойдя до дерева мимозы в углу, повернулась обратно, ничего не подозревая. Она сразу же напряглась. За одним из столиков сидел Стив в светлом летнем костюме. Она вспомнила, что сегодня суббота. Как всегда, безупречный дон Рамон стоял немного поодаль со стаканом в руке. Хелен как раз заканчивала наполнять семенами блюдце в клетке у канарейки.

Поскольку они явно ее видели, Линни заставила себя направиться в их сторону. Она присела за столик неподалеку и сделала вид, будто занята своими мыслями.

Девушке не нравилось беззвучие, засасывающее послеполуденное время. Точно такая же тишина повисала между ними четырьмя в эти вечера в кафе «Мимоза». Это была странная, ничего общего не имеющая с отсутствием посетителей тишина; и она ощущала некое скрытое за ней подводное течение так же явственно, как и тоску, которая сжимала ее сердце.

Она встала и прошлась, барабаня пальцами по ближайшим столикам. Но никто не проронил ни слова.

Дон Рамон покончил со своим напитком и повернулся, чтобы поставить стакан на место. Уловив взгляд, каким Хелен смотрела на его благородный профиль, Линни поспешила отвести глаза в сторону.

Она с трудом проглотила комок, подкативший к горлу, и отрывисто сказала:

— Жарко, пойду искупаюсь.

Ничего не видя вокруг, она пересекла патио, поднялась наверх и торопливо переоделась в купальник. Схватив полотенце и купальную шапочку, она спустилась вниз. Накупавшись, девушка поспешила обратно.

Она вошла внутрь и увидела Стива, как раз выходившего из-за стойки бара. Он одергивал из-под рукавов костюма манжеты своей белоснежной рубашки. И она догадалась, что он полоскал стаканы и расставлял их по полкам.

— А где Хелен? — Она осмотрелась по сторонам и затем устремила взгляд поверх стены, туда, где всегда стоял золотистый «мерседес». Там было пусто.

— Дон Рамон повез ее показывать свое жилище, — спокойно произнес Стив за ее спиной, потом добавил: — Я пообещал, что все будет в порядке. И что я скажу тебе.

— Спасибо, — сухо поблагодарила Линни, не оборачиваясь. Затем, прикрывшись натянутой улыбкой, спросила: — Полагаю, нечто типично испанское?

— Нет. — Она уловила иронию в его голосе. — Пентхаус в апартаментах в Пальме. — Немного помолчав, он добавил: — Это в Пуэрто-Мадрина. Если ты хочешь, мы можем прокатиться туда.

Линни закрыла глаза, боясь, что они выдали ее страстное желание. Неужели она может увидеть дом Стива, место, где он проводит те долгие часы, когда не торчит на стройке, выходные и те вечера, когда его не бывает в кафе «Мимоза»? Она попробовала представить, как выглядят его комнаты, какая в них мебель, но, поскольку знала, что вряд ли угадает наверняка, передернула плечами и, усмехнувшись, сказала:

— Сдается мне, что сегодня день открытых дверей, да? — Она постаралась, чтобы в ее голосе прозвучала обидная нотка. Потом она обернулась к нему и, пожав плечами, обронила: — Если ты готов, то я тоже.

Стив посмотрел на нее и коротко улыбнулся.

— Пойди принарядись. Кто знает, может, нам придется выйти в люди.

Кто знает? — сердито размышляла Линни, входя в кафе, но у себя в комнате она подумала, что ни за что на свете не сможет отказать Стиву. Она достала из шкафа белое кружевное платье и подходящее под него белое нейлоновое белье. Пышная юбка волнами легла вокруг ее тонкой талии, глубокий вырез и маленькие рукава фонарики выставили напоказ ее золотистый загар. Подхватив маленькую белую сумочку, девушка покинула комнату.

Когда она спустилась вниз, то посмотрела на Стива, стараясь не выдать своего волнения. Он был неотразим — загорелая кожа и темные волосы резко контрастировали со светлым костюмом и белой рубашкой. Мужчина опустил ключ в ее сумочку и, обняв за плечи, повел к машине.

Линни понятия не имела, где находится Пуэрто-Мадрина, но, судя по направлению, в котором они двигались, догадалась, что это где-то в западной части острова. Они проезжали мимо виноградников с тяжелыми гроздьями, выглядывавшими из-под покрасневших листьев, и деревень, окруженных горными террасами, которые выглядели такими же аккуратными и зелеными, как и полоски английских лугов, но Линни была слишком занята своими грустными мыслями, чтобы любоваться пейзажем. Наконец из-за поворота дороги возникли большие каменные ворота. Машина проехала под выветрившейся от времени полоской черепичной крыши над ними и двинулась по слегка наклонной вверх подъездной дорожке:

Вокруг стояли деревья, величественные кипарисы и раскидистые кедры, а сквозь них насколько хватало взгляда простиралось лоскутное одеяло полей.

Линни забыла обо всем на свете, когда увидела дом. Растянувшийся в длину, он занимал весь гребень холма, и его золотистая каменная кладка освещалась янтарными лучами вечернего солнца.

Стив посторонился, пропуская ее в большую деревянную дверь. Она заметила, что он не коснулся ее, а просто стоял в стороне, ожидая, пока она пройдет внутрь.