– А ты не ошибаешься? Ты уверена, что это была она? У нее ведь есть новая экономка, которая вместе со своей дочерью живет в доме.

– Нет, нет, совершенно точно, это была Кира,– поспешно проговорила Рози, снимая шерстяную накидку и поворачиваясь спиной к камину.– Ошибиться невозможно – эти пламенеющие волосы.– Рози бросила на Колли быстрый взгляд и усмехнулась.– Если только, конечно, у экономки или ее дочки нет таких же рыжих шевелюр.

– Насколько мне известно, нет,– ответила Колли.– Значит, это была Кира. Интересно, отцу известно, что она вернулась?

Рози пожала плечами и с сомнением покачала головой.

– Не думаю. Если они были в размолвке, когда она уезжала, почему бы им вдруг помириться сейчас?

– Они могли все уладить по телефону,– заметила Колли.—Откуда нам знать! Ведь он не станет обсуждать это с нами. А сама я с прошлой пятницы просто не отваживаюсь упоминать ее имя.

– Я тоже, это было бы все равно, что махать красной тряпкой перед быком. Неудивительно, что Ги улизнул на следующий же день. На этот раз он на самом деле основательно влип.

– Причем обеими ногами,– тяжело вздохнула Колли.– Я все еще никак не могу прийти в себя и, по-моему, ты тоже. Остается только удивляться самообладанию отца...– Взглянув на Рози и неожиданно улыбнувшись, она добавила: – С другой стороны, когда ты здесь, у него всегда хорошее настроение. А что касается моего брата, то более идиотского существа не найдешь во всем мире. У меня до сих пор дрожь по спине от его слов.

– Понимаю. Послушай, Колли, а что если мы с тобой поедем проведать Киру, поговорим с ней? Может быть, нам удастся как-то помирить ее с твоим отцом. Попробуем, так сказать, провести переговоры о примирении.

– Не знаю, я что-то сомневаюсь,– колебалась Колли.– Наше вмешательство может задеть ее. Ты знаешь, она иногда бывает очень обидчива и вспыльчива. К тому же и отцу может не понравиться, что мы вмешиваемся в его личные дела.

– В прошлый мой приезд, в августе, ты сказала мне, что не можешь избавиться от мысли о том, насколько маленький Александр напоминает Лизетт,– заметила Рози.– Я и сама обратила на это внимание. И, знаешь, я почти уверена, что он Монфлери.

– Нужно быть слепым, чтобы этого не заметить! И к чему ты клонишь?

– Очевидно, что твой отец искренне любит Киру. Мы обе считаем, что Александр его сын. И сейчас, когда Жак Арно дал Кире официальный развод, скажи мне, что в мире может помешать их браку? Я права?

– Да, и я сама всегда была за этот брак, я тебе говорила.

– Прекрасно, тогда в чем же дело? Что препятствует ему?

– Понятия не имею,– покачала головой Колли.

– Может ли быть такое, что твой отец сам не хочет на ней жениться?

– Не убеждена. В самом деле, Рози, не знаю.

– Очень странно. А может быть, дело в самой Кире, как ты думаешь? Возможно, это она не хочет выходить замуж за Анри?

Какое-то время Колли молчала, думала, поджав губы и глядя в пространство.

– Я просто не знаю,– наконец сказала она со вздохом.– Отец, конечно, намного старше ее.

– Не так уж намного. Ему шестьдесят три, а ей тридцать пять – ничего страшного. Анри молодо выглядит и ощущает себя молодым, он здоров и полон энергии.

– Все правильно, Рози. И тем не менее я не могу понять, куда ты клонишь.

– Послушай, Колли. Ты и я, мы должны попытаться выяснить, что мешает их женитьбе. Мы вот уже несколько дней ломаем голову над причиной их размолвки, но так и не можем найти ответа. И это естественно. Мы же не участвовали в их разговорах и не имеем отношения к их роману.

– Разумеется. Мы же не мухи на стене их спальни.

– Вот именно. И, значит, единственный возможный для нас способ разобраться в этой истории – попытаться поговорить с одним из участников.

Колли тяжело вздохнула. Рози продолжила:

– Мы не можем поговорить с твоим отцом. По крайней мере я не осмелюсь. А ты?

– О нет, только не я! Ни за что в жизни!

– Я так и думала. Таким образом, остается только одно – поговорить со вторым участником этого дела, то есть с Кирой.– Рози немного помолчала, потом, поймав на себе взгляд Колли, спросила: – Почему ты на меня так странно смотришь? Я всегда считала, что с Кирой легко иметь дело, она такая открытая, дружелюбная. И к тому же вы с ней давние подруги, не так ли?

– Да.