Меня манит к тоскующей земле,-

И ты, князь мрака, мне совсем не страшен,

Я родилась в тоске души; во мгле…

Сатана

Прелестнейшая речь в устах прелестных,

И, слушай я ее, — добрее б стал!

Что ты меня не избегала — знаю…

Но не подослана ль ко мне, — скажи?

Элоа

Нет! Мне пути никто не указует,

К тебе сама я избрала свой путь,

Я вольной волей встретиться хотела,

И встречу вновь тебя когда-нибудь.

Сатана

Oгo! Такая мысль большая новость!

Но я свободен, мне запретов нет,

Тогда как ты в живом кольце запретов.

Я твоего желанья не пойму!

Или еще я мало доказал

Упорства своего непоборимость!

Поступок твой безумно смел, Элоа!

Придется отвечать эпитимьею…

Уж там, клянусь, известна встреча наша!

Нетопыри и совы полетели

С доносами! Поверь, мне жаль тебя!

Мой однолеток, бог…

Элоа

Остановись!

Мне жаль тебя, — ты, кажется, сказал?

Ты хорошо сказал и помни…

(Исчезает.)

Сатана

Где ты?

Но нет ee! Лишь эхо раскатилось,

И дряблые тела комет бродячих

Испуганно попрятались в пространства.

Она права: я пожалел ee!

Исчезла, как и я могу исчезнуть!

Мне не найти ее… Не хватит сил!

Сатана, глядя ей вслед, заволакивается туманом.

Яркий солнечный день. Монастырь в развалинах.

Заброшенное кладбище. Элоа бродит между могил.

Элоа

Зачем господь в предвиденьи великом

Мне, дочери мгновенья, дал бессмертье?

Зачем между служительниц своих

Быть повелел и мне — рожденной грустью)

Зачем дал женский облик мне) Кому

Не знающий улыбки лик мой нужен?

Зачем, любя творца всем существом,

Близ князя мрака — я вполне спокойна?

В вопросах этих вовсе не сомненье —

Исканье богом избранных путей…

(Оглядывает кладбище.)

Забытый монастырь! Мне говорили,

Что тут являлся часто Сатана,

Увлек монахов, обезлюдил кельи;

И колокол молчит, и службы нет…

Раздается звон колокола. Сатана входит

в виде капуцина, с кропилом в руке.

Сатана

Вы, покойники уснувшие,

В неизвестном потонувшие,

Что вы к солнцу не выходите?

Солнца теплым не находите?

Наши грешные моления

Приближают час спасения…

Хорошо в земле сырой:

В ней покой, всегда покой…

Я хожу, вас поминаю,

Ваши кости окропляю

Освященною водой,

Взятой от мощей святой!

Ты сочись, вода, сочись,

Ты к костям их проберись

И глубоко под землей

Упокой их, упокой…

(Окропляет.)

Гром землетрясений,

Крики преступлений,

Мощный гул сражений,

Залетев сюда,-

Да не пробуждают

Тех, что почивают,

Ложно не вещают

Страшного суда.

Но по минованьи

Тяжкого призванья

Мертвого молчанья,

Чуть вставать велят —

Из ростков сокрытых,

От греха омытых

И Христом привитых,

Глянет божий сад…

(Окропляет.)

Ранней осени предвестники,

Стали лилии цвести!

Где-то божьи благовестники?

В мире их не обрести!..

Много злого совершается,

И не дремлет враг людской…

Спящий здесь да не пугается:

Я кроплю святой водой.

(Окропляет.)

Элоа

Хорошим делом занят ты, старик!