Найка тревожить, естественно, не стал. Ведь в землянине, впервые оказавшемся на Дейре, вполне может проснуться любопытство, и он вправе его удовлетворить, отправившись в путешествие по загадочному замку. Тем более что в выданной мне одежде – черные узкие штаны, белая рубашка и плащ с капюшоном, который при необходимости мог скрыть мое лицо от посторонних глаз,– я ничем не отличался от послушников ордена.

Меня вполне обрадовало то обстоятельство, что многие встречные не открывали лиц даже в этом защищенном от враждебных глаз убежище. Я счел возможным последовать примеру самых осторожных, дабы оградить себя от ненужных вопросов. Впрочем, никто мне докучать, похоже, и не собирался. Потеряться в огромном здании я, разумеется, не боялся, ибо человеку, привыкшему передвигаться среди звезд, каменные лабиринты не страшны.

Показалось странным, что в замке практически нет слуг. Возможно, их удалили в преддверии визита командора? Но может быть, их здесь и вообще не было, а всю грязную работу выполняли послушники – черные маги низших категорий.

К сожалению, об ордене Золотого Скорпиона я знал слишком мало. Впрочем, в Высшем Совете Светлого круга информации имелось не больше. Возник орден, по слухам, очень давно в Дальних мирах, не входящих даже в пределы Темного круга. Сначала черные маги распространяли свое учение среди негуманоидных рас. Потом их секты появились на планетах Гельфийской империи и в короткий срок подмяли под себя проявивших поразительную беспечность имперских баронов, сделав корону на голове императора Андрея бесполезным украшением. Члены ордена поклонялись Черной плазме – загадочному обиталищу не менее загадочных Сагкхов. Как выглядят эти существа, не знал никто, но среди черных магов укрепилось мнение, что наиболее точным подобием Сагкха во Вселенной является скорпион – довольно отвратительное насекомое, обитающее едва ли не на всех планетах Светлого и Темного кругов.

Я лично сильно сомневаюсь, что отвратительные насекомые имеют к Черной плазме хоть какое-то отношение, но спорить с фанатиками по этому поводу не собираюсь!

В любом случае, орденские маги в своих заклинаниях обращаются именно к Черной плазме, и это позволяет им вершить свои грязные дела куда успешнее, чем кажется малосведущим людям, наивно считающим белых магов самыми сильными кудесниками во Вселенной. Увы, следование таинственным и страшным обрядам очень часто дает адептам Черной плазмы преимущество над знатоками природных явлений. По крайней мере так полагают осведомленные в данной области люди. Что же касается меня, то я имею весьма смутное представление о страшных обрядах черных магов, истоки которых теряются в глубинах Вечности...

Очень скоро я обнаружил, что послушники ордена, которых в замковых залах и коридорах становилось все больше, двигаются по зданию в определенном порядке, словно приближаясь к неведомой мне пока что цели. Я не стал «выгребать» против течения, а присоединился к «хороводу».

Должен признать, что орденский замок на Дейре одно из самых грандиозных сооружений, которое мне когда-либо доводилось видеть. Он был построен в виде спирали, которая устремлялась к самому небу.

Внушало уважение и количество послушников. Огромная толпа сконцентрировалась на вместительной площадке, крышей которой служило звездное небо. Но присутствовавшие устремляли свои взоры не вверх, а вниз – на ярко освещенный помост, пока что пустовавший, но, вероятно, предназначенный для высших иерархов ордена.

Место мне досталось не самое удобное – слишком далеко от центра предстоящих событий. Я решил слегка потеснить соседей. Мое продвижение к помосту ни у кого не вызвало энтузиазма, но вслух мне никто ничего не сказал. Возможно, многие посчитали, что я – особа высокого ранга, имеющая право на столь бесцеремонное поведение... Впрочем, если на лицах присутствующих и проявлялись неудовольствие или гнев, видеть их я все равно не мог, поскольку практически все черные маги были в капюшонах с прорезями для глаз.

Зрелище, конечно, впечатляющее – особенно для людей со слабой нервной системой. Мне же это пристрастие к таинственности казалось просто смешным, даже глупым. Несмотря на тычки в бока и спину, я все-таки сумел подобраться почти к самому помосту, где и застыл в позе не менее смиренной, чем у окружающих.

Откуда полилась расслабляющая тело музыка – я определить не смог. Да и не слишком старался, увлеченный тем, что происходило на помосте. Вернее, помоста как такового уже не стало: он превратился в странное месиво, из которого проявлялась постепенно золотая фигура. Статуя была велика – примерно в три человеческих роста.

Нельзя сказать, что меня уж очень потрясла эта картина: подобные трехмерные изображения я видел и у себя на Парре, и на других планетах. Необычным выглядел разве что способ изготовления статуи, но, в конце концов, никому не возбраняется совершенствоваться в магических технологиях...

Вдруг рядом с изображением человека возникло трехмерное изображение насекомого. И, конечно же, то был скорпион.

Человек и скорпион, оторвавшись от основы, проплыли над нашими головами и утвердились у дальней стены – видимо, на специально предназначенных для этого постаментах. Эффектно, но не из ряда вон выходяще! Лично я ждал большего от культового сборища черных магов.

Поразило меня другое: золотая статуя удивительно походила на моего брата Ника, или, если угодно, Ник был страшно похож на статую. В необыкновенном сходстве я усмотрел ужасную загадку, очень быстро разгадать которую мне помог человек, появившийся на вновь утвердившемся помосте.

Я видел его десять лет назад еще ребенком. Пролетевшие годы, однако, не помешали мне узнать лицо почти сразу. Император Гельфийский смотрелся весьма величественно в черном орденском плаще, расшитом золотыми скорпионами. Капюшон был отброшен назад, и присутствующие могли без труда отметить сходство живого императора с золотой статуей.