Внезапно перед глазами возникло красивое лицо с блестящими голубыми глазами, обрамленное кольцами светлых волос. Видение было таким отчетливым, словно мачеха наяву вошла в комнату и склонилась над ней. Увы, какого бы успеха она ни добилась в жизни, Клара всегда добьется большего. И сейчас, когда Глэдис дни и ночи проводила в своей галерее, Клара блаженствовала в мире высокой моды и наслаждалась тряпками, которые просто обожала. Несколько лет назад она упросила отца купить магазин модной одежды, который быстро пошел в гору. Теперь она владела уже несколькими такими магазинами. Однажды Фрэнк уговорил дочь поехать с ним на открытие одного из них. Тот вечер стал последним кирпичиком в стене, которой Глэдис отделила себя от Элмера Полинга.

Нельзя не признать, что Клара умела обставлять подобные мероприятия. Все было очень пышно. Отец предупредил, и Глэдис постаралась, чтобы туалет соответствовал событию. Ей только что исполнилось двадцать, и она уже год не видела Элмера. Не зная, будет он на приеме или нет, Глэдис решила подстраховаться и пригласила Еву Майер, с которой по-прежнему дружила.

— Отлично выглядишь. — Первое, что сказала Ева, одобрительно разглядывая подругу, готовую к выходу. — Красное тебе идет. Впрочем, тебе идет любой цвет.

Это было правдой. С великолепными каштановыми волосами и яркими зелеными глазами сочеталась одежда любого цвета. На этот вечер было выбрано очень дорогое красное платье, подаренное отцом в последний день рождения.

— Как здорово! — воскликнула Ева, когда они вышли из такси около магазина. — Сколько гостей! Прямо театральная премьера! И народ все прибывает!

Происходящее действительно производило впечатление. Но Глэдис не могла отделаться от чувства подавленности. Презентация очень быстро превратилась в обычный шикарный прием, похожий на десятки ему подобных. Но, хотя Глэдис еще ни разу не попадала в такую обстановку, она поглядывала на часы, прикидывая, когда будет прилично уехать. Ева же была в восторге от всего происходящего. Увидев падчерицу, Клара холодно кивнула и тут же забыла о ее существовании. Глэдис почувствовала себя не в своей тарелке. Так было всегда в присутствии мачехи — последние годы ничего не изменили. Побродив немного по залу, она заметила Элмера, что-то оживленно обсуждавшего с Кларой. Видеть их снова вместе было совершенно невыносимо. От ненависти Глэдис чуть не потеряла сознание, и сама была потрясена силой своих ощущений. Все осталось по-прежнему. Не следовало приезжать сюда, нарушать ровное течение своей жизни, снова погружаться в семейные проблемы. Она развернулась и направилась к двери, стараясь отыскать в толпе Еву, но вместо нее наткнулась на отца.

— Уже уходишь? — спросил он с беспокойством. — Почему ты такая бледная?

— Не знаю, — ответила Глэдис. — Голова разболелась.

И тут же прокляла себя за очередную ложь. Столько лет вранья — это унизительно.

— Я, — продолжила она, — ищу Еву. Пожалуй, нам лучше уехать. Когда так болит голова, я ни о чем не могу думать, ты ведь знаешь…

Отец кивнул. В детстве у нее действительно случались приступы мигрени, но они давно прекратились. Просто это первое, что пришло в голову. Но отец забеспокоился, и ей стало стыдно.

— Подожди здесь, — сказал он. — Сейчас найду Еву и пришлю к тебе.

Отец отошел, а Глэдис прислонилась к стене и прикрыла глаза. Еще немного, и все закончится. Она никого здесь не знает и не хочет знать. И уж меньше всего хочет видеть Элмера. Наконец показался отец, который пробирался сквозь толпу в сопровождении Евы. Но не успела она обрадоваться, как обнаружила, что с другой стороны подходит Элмер.

— Что-то ты быстро собралась уходить, — произнес он со смешком, глядя ей прямо в глаза.

Глэдис не выдержала этого взгляда и опустила голову. Стало понятно, что она собиралась сбежать, не повидавшись с ним.

Глэдис не могла спокойно видеть его. Элмер очень изменился, стал жестче, в чертах лица появилось что-то суровое и циничное. Стальные глаза, казалось, старались бесцеремонно проникнуть в самую душу. Во взгляде не было ни капли сочувствия. Глэдис была уже достаточно взрослой, но в присутствии «старого друга» вновь ощутила себя беззащитным ребенком.

— По-моему, ее снова мучает мигрень, — сказал обеспокоенно Фрэнк.

Его слова немного разрядили напряженность. Но Глэдис все еще не могла вымолвить ни слова. Находиться рядом с Элмером было невыносимо.

— Я возьму такси, — быстро пробормотала девушка, обращаясь к Еве. — Извини, но нам пора.

— Очень хорошо. Я тоже устала. Слишком много новых впечатлений.

На улице шел дождь. И отец, еще раз с тревогой взглянув на осунувшееся лицо дочери, твердо произнес:

— Никаких такси. Я отвезу вас домой.

— Подожди, дорогой, — послышался вдруг голос Клары. — Неужели ты бросишь меня сейчас? — Она подошла и взяла Фрэнка под руку.

Прежде чем Глэдис поняла, что происходит, Элмер сделал шаг вперед и сказал:

— Не волнуйтесь, Фрэнк. Я отвезу их, а вы оставайтесь и приглядывайте за женой.

— Разве за мной надо приглядывать? — кокетливо улыбнулась Клара.

В полном отчаянии Глэдис почувствовала, что если сейчас же не уедет отсюда, то голова разболится по-настоящему.

— Мы возьмем такси.

Попытка настоять на своем не принесла успеха. Элмер резко взял ее под руку и повел к выходу.

— Подождите здесь, — бросил он девушкам на улице. — Сейчас подгоню машину.