— Фрэнк, — быстро произнес он, — я собираюсь жениться на Глэдис. Я не прошу у тебя ее руки, потому что, если ты скажешь «нет», просто сойду с ума. Я долго ждал и больше ждать не намерен. Как только все устроится, ты поведешь дочь к алтарю, а я приму ее. И не спорь, потому что я ничего не хочу слышать!

Сердце Глэдис замерло от счастья, а отец посмотрел на нее и рассмеялся.

— Интересно, кто спорит? — осведомился он. — Мне достаточно и одного взгляда. Единственное, чего я не понимаю, почему ты не сделал предложения несколько лет назад.

— Я тоже этого не понимаю, — мрачно отозвался Элмер и обнял Глэдис с видом собственника. — Видимо, мудрость приходит с годами.

— Как-то долго она шла к тебе, — проговорил Фрэнк с иронией. — Ну что ж, у нас будет о чем поговорить за ужином.

— Скажу миссис… чтобы поставила еще один прибор, — проговорила Глэдис слабым голосом. Элмер усмехнулся, глядя сверху вниз и поглаживая ее ладонь большим пальцем. Глэдис просто изнемогала от сладостных ощущений. И он это прекрасно понимал!

— Миссис Джонс, — напомнил отец, когда она наконец вырвалась и побежала на кухню. — Разве трудно запомнить?

Глэдис кивнула, стараясь не смотреть на Элмера. Щеки ее пылали, а сердце колотилось сильно-сильно. За последние полчаса жизнь ее совершенно изменилась! Элмер любит ее! Он всегда любил ее, а теперь хочет жениться!

Она влетела в кухню, быстро дала указания новой экономке и побежала обратно. Было невыносимо расстаться даже на минуту.

— Останешься переночевать? — спросил Фрэнк, когда миссис Джонс подала ужин, и Элмер взглянул на Глэдис. На ее лице появилось умоляющее выражение.

— Готов на все, чтобы подольше побыть рядом, — сказал он, пожирая глазами Глэдис. И Фрэнк распорядился, чтобы приготовили комнату, в которой всегда останавливался Элмер.

Им хотелось побыть вдвоем, но это было просто невозможно: ни у Глэдис, ни у Элмера не хватило духа лишить Фрэнка удовольствия разделить их счастье.

— Я много лет молился об этом, — тихо сказал он, поднимая бокал. — И не мог понять, почему вы расстались надолго, когда так подходите друг другу.

— Глэдис была слишком молода, — отозвался Элмер, не сводя с нее глаз. — Но теперь все это неважно. Мы вместе, и это самое главное.

— Я хочу вас кое о чем попросить, — неуверенно проговорил Фрэнк через некоторое время. — Может быть, с моей стороны это эгоистично… В таком случае просто скажите «нет».

— В чем дело, папа? — спросила Глэдис, погладив отца по руке. — Ты ведь знаешь, как мы оба тебя любим.

— Знаю, знаю. Но, может быть, я хочу слишком многого.

— Смелее! Сейчас мы согласны на все, кроме попытки расстроить свадьбу!

— Я хотел поговорить о Пейтоне, — произнес Фрэнк все еще неуверенно. — Глэдис так долго не жила дома… И это я виноват, что позволил Кларе выжить дочь. Теперь она наконец вернулась, и мне хотелось бы почаще видеть ее.

Он посмотрел на Элмера, потом перевел взгляд на Глэдис.

— Живите здесь, когда поженитесь. Хорошо? Дом такой большой, — торопливо продолжил он, будто боясь, что его перебьют. — Вам, конечно, захочется побыть одним… Мы могли бы здесь все переделать, совершенно изолировать западное крыло. Но все же часто виделись бы. Подумайте о моем предложении.

Глэдис посмотрела на Элмера, и ей ничего не пришлось говорить. Все было понятно без слов. Этот дом был их очарованным замком, их прошлым. И для них обоих было валено, сможет ли он стать их настоящим и будущим.

— Когда-нибудь он будет ваш, — проговорил Фрэнк с тревогой в голосе, а Элмер улыбнулся и взял Глэдис за руку.

— Мы будем жить здесь, — ответил он, — и не хотим ничего менять. Пейтон слишком много для нас значит. Я знаю, мы все будем здесь счастливы. У нас, кстати, есть еще роскошная квартира в Бостоне. Мы сможем сбегать туда на денек-другой, когда захотим.

— Мне многое нужно наверстать в Пейтоне, — радостно проговорила Глэдис. — И потом, кто станет тобой командовать, если меня здесь не будет?

— Ну вот, словно гора с плеч. Теперь можно обсудить свадьбу.

— Мы правильно сделали, что согласились?

— спросил Элмер, когда отец на минуту вышел из комнаты. Усадив Глэдис на диван рядом с собой, он заглянул в улыбающееся лицо. — Молодожены любят быть одни.

— В таком большом доме спрятаться нетрудно, — отозвалась она.

— Я думал об этом, когда тебе было семнадцать. Тогда я сходил по тебе с ума.

— А потом я все испортила, — грустно проговорила Глэдис. — Какая глупая!