– Мы должны экономить фрукты, – объявил Ивен в этот вечер за ужином. – Они нам понадобятся для приманки членов потерянного семейства, а также для кормежки игрунок.

– Фрукты – не единственная вещь, которую следует экономить, – добавила Тэсс, разливая воду из котелка. – У нас мало туалетной бумаги. Похоже на то, что кто-то использует ее не по назначению. Нам следует разделить остаток поровну.

– Неужели это так необходимо? – усомнился Ивен. – Некоторым ее может понадобиться больше, чем другим.

– Да, это необходимо. – Тэсс повернулась к Мег. – А у тебя не хватит пленки, чтобы заснять наше возвращение, если ты будешь целыми днями слоняться по лесу с фотоаппаратом.

– Мы не делаем снимки непрерывно, – возразил Дэвид.

Тэсс побалансировала своей чашкой между прутьев, из которых был сплетен стол, и взглянула на Дэвида. – В этом я не сомневаюсь. Непонятно только, чем вы там вдвоем целый день занимаетесь?

Шон прикусила губу. В голосе Тэсс прозвучала угроза.

– Мы разговариваем, – тихо ответила Мег. – Приятно, когда есть человек, с которым можно поговорить.

– На что ты намекаешь, Мег? – спросила Тэсс. – На то, что со мной тебе говорить не о чем?

– Да нет, я…

– Оставь ее в покое, – сказал Дэвид.

– Ну, ты! – Тэсс указала на Дэвида пальцем через стол. – Уж кто бы помалкивал. Почему бы тебе не уделить внимание собственной жене? Ее ты игнорируешь, зато гоняешься за Мег, как собака с высунутым языком. Она лесбиянка, ты, дурак! Или тебя привлекает именно это? Может быть, ты думаешь, что она начнет видеть мир твоими глазами, если тебе удастся ее уломать?

– Это тебя не касается, – ответил Дэвид, потемнев лицом.

– Касается, – возразила Тэсс. – Ты постоянно возникаешь у меня на пути.

– Тэсс, между Дэвидом и мной не существует ничего, кроме дружеских отношений. – Мег очень хотелось, чтобы Тэсс ей поверила.

Тэсс встала.

– По правде говоря, Мег, мне плевать на то, что ты делаешь. Твое тело – это твое дело. Если ты хочешь позволить мужчине распоряжаться им, пожалуйста. – Тут Тэсс наклонилась, почти вплотную приблизив свое лицо к лицу Мег. – Но делай это у себя дома. А здесь ты у меня в гостях.

Тэсс подняла с земли свой фонарь и направилась через поляну к реке. Она растворилась во тьме, и через мгновение закашлял мотор каноэ. Никто не сказал ни слова, пока гул мотора не умолк вдалеке, вниз по течению.

– Куда она поехала? – спросила Робин.

– Может быть, ей хочется побыть одной? – предположила Мег.

– Она пугает меня, – призналась Робин. – Я думаю, она сумасшедшая.

– Она не сумасшедшая, – возразил Ивен. – Она точно знает, чего хочет. Она расчетливая сука.

– Извините, – сказала Мег. – Мне не следовало ее злить.

– Ты за нее не отвечаешь, – ответил Дэвид. Мег посмотрела на Шон.

– Дэвид и я, мы просто друзья. Надеюсь, ты это понимаешь.

Шон неуверенно кивнула. Ей следовало заступиться за Дэвида, сказать им о разводе. Ведь Дэвид прибился к Мег в целях самозащиты.

Или это ей так кажется?

Дэвид вернулся в палатку поздно. Шон еще не спала; она ждала, прислушиваясь к каждому звуку. Она знала, что Дэвид был с Мег. Наверное, он ее успокаивал. Была ли оправдана ревность Тэсс? И что, если они все-таки были любовниками? Она разводилась с ним. Тогда почему мысль о том, что он занимается любовью с Мег, разбивала ей сердце?

– Как ты думаешь, куда отправилась Тэсс? – спросила она Дэвида, когда он скользнул под простыню.

Он пожал плечами.

– Не знаю.

– Рыболовная снасть оставалась в лодке. Может быть, она просто поехала порыбачить?

– Может быть. – Он лег набок, отвернувшись от нее.

Теперь ей недоставало ощущения близости его тела.

– Дэвид? Ты собираешься провести остаток поездки, не разговаривая со мной?

– Я разговариваю с тобой.

– Односложно.

С минуту Дэвид лежал молча. Когда он заговорил, в его словах слышалась безнадежная усталость.

– Все, что я делаю, тебе не нравится. Я стремлюсь к близости – ты меня отталкиваешь. Я отдаляюсь – ты снова ищешь сближения.

Комок застрял у нее в горле.

– Ты прав. – Чего она от него хочет? Она и сама не знала.

– Что бы я ни делал, ты недовольна, – продолжал он. – Мне не на что надеяться. Ты не хочешь жить со мной как с мужем, а я не могу вести с тобой светскую беседу, как будто мы не более чем знакомые. Я делаю, что могу, Шон. Я хочу только, чтобы ты оставила меня в покое.