– Пойдемте, я покажу вам еще один выход из зала. Он напрямую ведет в галерею славы, вы как раз успеете опередить герцога.

– Кэр?
– Эллис оторвалась от очередного портрета очень далекого предка ее жениха. Виконт оказался прав в своем предположении.
– Что ты здесь делаешь?

– О, прекрасная Эллис, неужели ты решила забрать мои лавры главного нарушителя придворного этикета?

– Ну, если ты промолчишь, никто о нарушениях и не узнает, - беззаботно отозвалась девушка, смотря на распущенный волос герцога и борясь со своим желанием зарыться в его прическу руками. Он впервые за время их недолгого знакомства изменил строгому хвостику, и Эллис даже догадывалась почему - потому что нельзя быть столь соблазнительно очаровательным. Хаос отпущенных на свободу, блестящих агатовых волос мало кого мог оставить равнодушным.

– Хорошо ты меня убедила, - он подошел близко, очень близко, словно намеренно играя ее желаниями, заботливо взял под руку, и повел к выходу, - и все же тебе не стоит гулять одной, без камеристки и гвардейцев, даже в этой части дворца, особенно в этой части дворца.

– Хорошо я постараюсь, но что ты тут делаешь?

– Ищу тебя, чтобы пригласить составить компанию мне и его величеству на прогулке.

– Тогда веди меня, от прогулки я не откажусь. Если честно мне уже надоело сидеть в четырех стенах. Мне даже стало казаться, что его величество совершенно про меня забыл.

– Хотел бы я тебе сказать, что твой жених не забывает о тебе ни на минуту, и лишь государственные дела не позволяют вам быть вместе.
– Сегодня Кэриену отчего-то не хотелось врать этой девушке. Но он обещал другу помощь, несмотря на все свое неодобрение. Как опытный охотник Ксаниэль не спешил, а тщательно все обдумывал, расставляя незаметные ловушки и силки. При этом казалось, что про Эллис он и вовсе забыл, видя ее лишь во время обеда и то по необходимости.
– Но боюсь, мне придется тебя разочаровать. На балу ты, конечно же, произвела на всех неизгладимое впечатление. И все же мой друг уже порядком пресытился самыми разнообразными девушками, даже ты ему интересна постольку, поскольку заключена сделка.

– Кэриен, ты не только не разочаровал меня, но еще и порадовал, - Эллис едва сдержалась от легкой ухмылки. Герцог говорил очень правдиво, вот только она уже достаточно много знала о нем, да и в отношении будущего мужа иллюзий не испытывала. Неужели они надеются, что видимое равнодушие короля заставит ее возжелать уже почти супруга.
– Ты же слышал, я про сделку вообще от отчаянья заикнулась, просто не знала, что еще делать. Да и внимание супруга мне особо не нужно. У вас в библиотеке столько интересных книг, а в оружейной столько красивого оружия. Даже не вериться, что такой красотой можно убивать, настоящие произведения искусства. Я там нашла столько поразительных и великолепных узоров и надписей, никогда бы ни подумала, что можно любоваться несущей смерть сталью.

Ее слова должны были успокоить бдительность герцога, но в итоге лишь возымели обратный эффект. Отчего-то вспомнился новый ученик виконта, говорить о котором тому совершенно не хотелось. Кэриен внимательно посмотрел на будущую королеву, одетую сегодня на удивление просто и непритязательно и почти без драгоценностей и вдруг решил не заметить очевидного, хотя бы на месяц.

В парадной центрального крыла Эллис бывать, еще не доводилось. И хотя ее собственные покои располагались лишь парой этажей выше, так уж сложилось, что почти все время девушка проводила в северной части дворца.

Парадная плавно переходила в полузакрытую террасу, и дальше в сад, которой она тоже видела лишь из окон. Только сейчас будущая королева заметила все великолепие местной природы. Она увлеклась добычей знаний и совсем забыла о том, как любит прогулки на свежем воздухе.

Король поджидал их с бокалом вина, искусно изображая скуку и недовольство от задержки, вместе с полным равнодушием к своей невесте. Все, как они обговорили с Кэриеном. Девушка должна почувствовать себя, по меньшей мере, неуютно. Только вот она просто не заметила жениха. Ее захватил, заворожил сад, а все остальное не имело значения. Вдохновение, что в этот момент плескалось из Эллис, как из переполненного сосуда, притягивало взоры. Ксаниэль опять не менее зачарованно смотрел на невесту, и восхищался ей не меньше, чем она восхищалась садом.

– Кэр, почему так долго, неужели нашей невесте нужно полчаса, чтобы одеться так просто?
– король все же смог преодолеть наваждение, и попытался вернуться к первоначальной задумке. С одной стороны он стремился привлечь к себе внимание девушки, а с другой пытался наполнить свой голос пренебрежением и сарказмом.

– О, мой король, прошу меня простить, я совсем не думала, что могу вам понадобиться до свадьбы, - вроде бы совсем невинный и четный ответ, произнесенный извиняющимся голосом, но как двояко его можно понимать.

– Ксан, Эллис просто была не у себя, поэтому мы и задержались.

– Ладно, я уже приказал оседлать лошадей. Любовь моя, я надеюсь, вы справитесь с дамским седлом?
– неверие, ехидство и любовь, он не смог сдержаться до конца, не смог не вложить в слово "любовь", хотя бы капельку той теплоты, что испытывает.

– Ваше величество, я бы предпочла мужское, - а в ответ ему, спокойный и деловой тон.
– К сожалению, мне доводилось ездить верхом всего пару раз и исключительно в обыкновенном седле.