— Как скоро? На следующей неделе? — Он недоверчиво взглянул на девушку.

Сара сделала глубокий вдох, чувствуя, как струйки холодного пота бегут по лбу и спине.

— Нет. Неделю спустя. Завтра мы уезжаем в свадебное путешествие. — Ее мутило от того, что приходилось сообщать ему подробности своей личной жизни. Она с трудом, сквозь зубы, выдавливала слова: — Оставьте мне номер своего телефона. Я позвоню вам, как только получу деньги.

— Да уж, постарайтесь. — Он встал и подошел ближе. — Ибо вам теперь придется думать не только о бедном старом Николасе, но и о кое-ком еще, не правда ли, любовь моя? — Локвуд издевательски заглянул ей в лицо. — То, что мне известно, превратит вашего мужа в посмешище, не так ли? Он будет выглядеть полным дураком! Вряд ли ему это понравится, а?

Сара не могла вымолвить в ответ ни слова. Она испытывала непреодолимое желание броситься на него, бить, царапаться и кусаться.

— Ведь мы теперь должны учитывать и чувства мистера Бартона, моя маленькая умница! Я вами восхищаюсь! Чтобы заполучить в свои маленькие ручки одно состояние, вы выходите замуж за еще большее! Великолепно! Высший класс!

И вдруг откуда-то сзади раздался ледяной голос Дэвида:

— Не представите ли вы меня своему другу, дорогая?

Позже Сара так и не смогла вспомнить, что было дальше.

Ее бросало то в жар, то в холод, сердце колотилось, а к горлу подкатывала тошнота, когда она стояла под перекрестным огнем их взглядов. Муж смотрел на нее холодно и внимательно, а Локвуд явно забавлялся, с любопытством ожидая, как она выйдет из щекотливого положения. Но она все же справилась со своей задачей и нашла какие-то приличествующие случаю слова.

— Боюсь, что мне пора. — Марк протянул Саре пустой стакан, скользнул взглядом по лицу Дэвида и направился к двери. — Не мог не зайти принести свои поздравления. Очаровательную жену вы получили, Бартон. Просто восхитительную.

— Я провожу вас, — без всякого выражения в голосе произнес тот, и, игнорируя протесты гостя, пошел за ним к дверям.

Сара без сил прислонилась к стене, все еще держа стакан в дрожащей руке. Она пыталась сосредоточиться, чтобы дословно вспомнить, что мог услышать муж. Что-то о том, что она вышла замуж за его состояние, чтобы наложить руку на свое собственное. Он может подумать, что она хвасталась перед Локвудом, как ловко надула жениха!

Заслышав шаги Дэвида в холле, она быстро поставила стакан на стол и сделала глубокий вдох.

— Вы давно его знаете? — В этом вопросе не было ничего угрожающего.

— Около двух лет, — промолвила девушка, стараясь угадать, в каком он настроении.

— Он зашел вас поздравить?

— Да, конечно. — Опасаясь, что Дэвид уловит фальшь в ее голосе или взгляде, Сара быстро отвернулась, делая вид, что поправляет тюльпаны в и без того безупречном букете. Если он действительно слышал ее разговор с Локвудом, то обвинения неизбежны.

Но в комнате царило молчание.

Когда она обернулась, гостиная была пуста.

Яркое солнце отражалось в лазури моря, ослепительно белели крошечные домики рыбацкой деревушки.

Сара лежала на горячем песке и дремала, убаюканная шумом волн, ритмично набегающих на берег.

— Перевернитесь, иначе вы сгорите.

Она вздрогнула от неожиданности. Погруженная в свои невеселые мысли, девушка не заметила, как подошел Дэвид.

— Вы что, не слышите? — повторил он более резко.

Сара молча подчинилась приказу. Она тянула время, так как не готова была сейчас разговаривать с ним. Всю эту неделю она осторожно присматривалась к мужу, не зная, чего от него ожидать.

Пошарив вокруг и нащупав солнечные очки, она быстро нацепила их в тщетной попытке спрятаться. Если бы она знала, что он так скоро вернется из деревни, то надела бы более скромный купальник. А теперь краска смущения медленно заливала ее щеки.

— Вы рано вернулись. — Сара старалась, чтобы ее голос звучал беззаботно.

Каждый день ей приходилось преодолевать свои страхи, тревоги и сомнения, и она гордилась, что до сих пор ей удавалось одерживать над ними верх и сохранять с мужем ровные отношения.

Дэвид наклонился к ней, и она тут же отвела взгляд. На нем были только потертые джинсовые шорты. Загорелый, сильный, мужественный, он казался опасным. При виде его она каждый раз испытывала чувство, которое сама не могла — или боялась — определить, старательно убеждая себя, что это просто примитивный страх.

— Меня могут обвинить в том, что я пренебрегаю молодой женой.

В его тоне неожиданно прозвучала колкость, и Сара насторожилась. Она мгновенно ощутила, что в их отношениях что-то неуловимо изменилось.