— В последние шесть лет мы периодически пытались, — ответил Билл. — Последние восемь месяцев, плюс-минус — нет, потому что участвуем в съемках фильма. Он называется «Комната на чердаке».

— Знаешь, у нас есть ежедневная короткая развлекательная программа, которая начинается в пять пятнадцать пополудни, а заканчивается в половине шестого, — прервал его Ричи. — «Встреча со звездами». Так на прошлой неделе они посвятили один выпуск этому чертову фильму — «Муж и жена с радостью работают вместе»… что-то в этом роде. Упомянули ваши имена и фамилии, но я не связал одно с другим. Забавно, не правда ли?

— Очень, — ответил Билл. — В любом случае, Одра сказала, что нам крепко не повезет, если она забеременеет в период подготовки к съемкам, а потом ей придется десять недель напрягаться на съемочной площадке и блевать по утрам. Но да, мы хотим детей. И мы пытались.

— Обследовались? — спросил Бен.

— Да. Четыре года назад, в Нью-Йорке. Врачи обнаружили у Одры маленькую доброкачественную опухоль матки и сказали, что нам повезло, потому что опухоль не помешала бы Одре забеременеть, но могла привести к внематочной беременности. Ни у меня, ни у нее детородная функция не нарушена.

— Это ни черта не доказывает, — упрямился Эдди.

— Но предполагает, — пробормотал Бен.

— По твоей части никаких происшествий, Бен? — спросил Билл и чуть не рассмеялся, когда понял, что вместо Бена едва не произнес Стог.

— Я ни разу не был женат и всегда соблюдал осторожность, поэтому судебных исков по признанию меня отцом никто не подавал, — ответил Бен. — Больше не знаю, что и сказать.

— Хотите услышать веселую историю? — спросил Ричи. Он улыбался, но глаз эта улыбка не затрагивала.

— Конечно, — кивнул Билл. — Веселенькое у тебя всегда хорошо получалось.

— Твое лицо что моя жопа, дружок, — сказал Ричи Голосом ирландского копа. Характерным Голосом ирландского копа. «С Голосами у тебя гораздо лучше, Ричи, — подумал Билл. — Мальчишкой ты не мог изобразить ирландского копа, как ни старался. Только однажды… или дважды… когда…

(мертвые огни)

так когда же?»

— Твое лицо что моя жопа, — повторил Ричи. — Просто не забывай об этом, мой юный друг.

Бен Хэнском внезапно зажал себе нос и прокричал пронзительным, вибрирующим мальчишеским голосом: «Бип-бип, Ричи! Бип-бип! Бип-бип!»

Мгновение спустя Эдди тоже зажал нос и присоединился к Бену. Его примеру последовала Беверли.

— Хорошо! Хорошо! — смеясь, воскликнул Ричи. — Хорошо, сдаюсь! Господи!

— Да уж. — Эдди откинулся на спинку стула, хохоча до слез. — На этот раз мы прищучили тебя, Балабол. Молодец, Бен.

Бен улыбался, но на лице отражалось некоторое недоумение.

— Бип-бип, — повторила Бев и хихикнула. — Я об этом совсем забыла. Мы всегда бибикали тебе, Ричи.

— Вы просто не могли оценить истинный талант, — добродушно ответил Ричи. Как и в прежние времена, ты мог сбить его с ног, но он тут же поднимался вновь, будто надувная кукла-неваляшка с насыпанным в нижней части песком, изображающая легендарного Джо Палуку. [206] — Это был твой очередной взнос в Клуб неудачников, верно, Стог?

— Да, пожалуй, что так.

— Какой молодчина! — В голосе Ричи слышался благоговейный восторг, и тут же он начал отбивать поклоны прямо за столом: каждый раз при наклоне едва не тыкался носом в чашку с чаем. — Какой молодчина! Дети, какой молодчина!

— Бип-бип, Ричи, — серьезным тоном произнес Бен и тут же взорвался смехом, столь непохожим на его дребезжащий мальчишечий голос. — Ты все тот же Дорожный Бегун. [207]

— Так хотите вы слушать историю или нет? — спросил Ричи. — Я хочу сказать, особой разницы не будет. Бибикайте, если есть на то желание. Я умею сносить оскорбления. Я хочу сказать, перед вами сидит человек, который однажды взял интервью у Оззи Осборна. [208]

— Рассказывай, — предложил ему Билл, глянул на Майка и увидел, что тот определенно повеселел (и заметно успокоился) в сравнении с началом ленча. Произошло это потому, что он увидел, как почти подсознательно (и очень легко) они входят в старые роли, чего практически никогда не случается при встрече давних друзей после многолетней разлуки. Билл подумал, что причина именно в этом. И еще он подумал: «Если и существуют необходимые условия, выполнение которых позволяет воспользоваться магией, то, возможно, за этим ленчем они и выполняются, независимо от нас». Мысль эта не особо радовала. Он чувствовал себя человеком, привязанным к боеголовке управляемой ракеты.