Вот паршивка! Интересно, она опять виделась с Шуховым лично или переписывалась с наладонника? И когда? Но главное, что ни словом не обмолвилась до нынешнего момента. Тоже мне, напарница! Шпионские игры в младшей группе детского сада. Кайман мрачно уставился на девушку. Впрочем, прибор ночного видения успешно маскировал выражение его лица. А устраивать Мышке громкий показательный разнос ему абсолютно не хотелось.

— Ладно, — проворчал он. — Я тебя когда-нибудь потом наругаю, не сейчас. Чёрный Сталкер ничего не говорит зря? Пожалуй, что и так. Слухи про него ходят именно такие. Я сам с Шуховым не беседовал, не довелось.

— Я вас познакомлю! — быстро сказала Мышка.

Видать, обрадовалась, что Кайман не стал скандалить. Сталкер хмыкнул.

— Поживём — увидим. Так что за место? Давай свой ПДА, гляну на координаты.

— А я цифры запомнила, могу наизусть! — похвалилась девушка. — И посмотрела по карте, что там расположено.

— И где это?

Мышка назвала координаты.

— Это на территории ремонтного завода, так в наладоннике обозначено, — добавила она. — И знаешь, что интересно? У Везунчика это место тоже отмечено. Получается, вы там были? Что там такое?

— Ремонтный завод? — переспросил Кайман. — Ага, понятно. Его ещё «ржавым» зовут, потому что там вся техника в пыль рассыпалась. Старая промзона к северо-востоку от хуторка дяди Миши. Ну да, были мы в тех краях не так давно. Собственно, как раз перед тем, как Везунчик свалил. Не помню я, чтобы там было что-то особенное. Промзона и промзона.

— Почти что нам по дороге, правда?

Сталкер задумался.

— Да, в общем, почти по дороге, — неохотно признал он. — Я собирался Западную свалку обходить с юга, но большой разницы нет, обойдём севернее. Твоя взяла. Мышонок. Пойдём проверим, куда тебя Шухов отправил.

Некоторое время они сосредоточенно шагали по равнине. Зелёный пейзаж был по-лунному пустынен. И очень хорошо. Вой собак слышался то слева, то справа, но не приближался. Затем оказалось, что Кайман забрал южнее, чем следовало, и дорогу им преградил ручей, подтопивший низину. Шлепать ночью по воде сталкеру не хотелось — тем более их нынешняя цель всё равно лежала на севере. Пока обходили ручей, залезли в заросли адского репейника и с трудом выбрались оттуда, ступая как по минному полю и стараясь ни в коем случае не задеть взрывоопасные репьи.

Кайман стал раздумывать, не найти ли всё-таки пристанище на ночь. Он устал, а значит, Мышка устала тем более. Он-то думал, что ночной переход окажется последним в этой ходке. Но одно дело — добраться до дяди Миши и завалиться спать, и совсем другое — сунуться уставшими в промзону. Однако никакого подходящего схрона Кайман по дороге не знал. По всему выходило, что им придётся дойти до ржавого ремзавода и отдохнуть уже там.

Интересно, зачем Везунчик отметил это место в своём ПДА? Что-то слишком много секретов и тайн оказалось у Кайманова напарника. Прежде Кайман только пожал бы плечами. Отметил — значит, нужно ему, и нечего совать нос в чужие дела, чтобы в ответ не заинтересовались твоими собственными. А теперь сталкеру стало любопытно. Оказывается, он очень мало знал о самом близком друге, каким был для него Везунчик в последние годы. И если бы не события последних дней, даже не догадался бы о глубине собственного неведения.

Кайман обнёс территорию своей личности охранным периметром, как Зону, и не пускал туда никого — пока Мышка не прорвалась насильно. Храбрый маленький Мышонок!

— Ты как, сильно устала? — обернулся к девушке сталкер. — Можем немного отдохнуть, вон там вроде подходящее место. Наверху, среди камней.

Мышка кивнула.

Оказалось, подходящее место уже кто-то занял. Когда Кайман с девушкой обогнули кособокий взгорок, который частично заслонял от них возвышенность с нагромождением валунов, они увидели костёр. Фильтр уменьшил яркость пламени, и Кайман не сразу сообразил, что это за светлое пятно среди нагромождения зелёных. Сталкер откинул на лоб окуляры ПНВ. Мышка последовала его примеру.

— Странно, — проворчал Кайман. — Новички, что ли? Охрану не выставили, а костёр жгут. Подходи, кто хочет.

У костра сидели трое. На одном был изрядно потрёпанный комбинезон, второй кутался в такой же потрёпанный плащ. Третий, к вящему удивлению Каймана, оказался одет в костюм. Пиджак, рубашка, ещё бы галстук повязать — и прямо-таки офисный служащий во всей унылой благопристойности согласно корпоративному дресс-коду. В Зоне? У ночного костра? Мистика какая-то!

Человек в плаще поднялся им навстречу и заулыбался, хотя лучше бы он этого не делал. Улыбка у него была неприятная, кривая — так бывает, когда одна сторона лица парализована.

— Милости прошу к нашему шалашу, — хрипло и без выражения проговорил он и шагнул вперёд.

Что-то шевельнулось у него под плащом, словно мужчина прятал там кошку.

— Назад! — крикнул Кайман Мышке, вскидывая «эф-эн». Девушка поняла не сразу. Слишком обычная внешность была у мужчины, слишком мирной казалась его сутуловатая фигура. Встретишь такого в городской толпе, скользнешь взглядом — и не обратишь внимания.

Плащ распахнулся. Мутант взмахнул огромной уродливой лапой, пытаясь ухватить Мышку. Кайман снёс ему половину черепа автоматной очередью в упор. Второй очередью сталкер расстрелял двух зомби у костра. Одетый в костюм зомби рухнул головой в огонь. Затрещали волосы. Загорелся и зачадил просаленный пиджак. Потянуло палёной тухлятиной.