Меня настоящую, отозвалось в голове Кимберли, застывшей на месте. Да он с ума сошел бы, узнав настоящую Кимберли Вудс. Разве задумался бы такой опытный мужчина, как Агостино, об обладании женщиной, которая выдает себя за другую? Женщиной, которая никогда прежде не разделяла постель с мужчиной? Девственницей?

Не зная, о чем размышляет покрасневшая до корней волос подруга, Лорен испугалась наступившего молчания.

— Ты мне, как родная сестра, — вздохнула она. — Я просто хочу, чтобы ты была счастлива… Но боюсь, что если ты и дальше стаешь превращать отношения с Агостино в поле битвы, тебе будет очень больно.

Кимберли порывисто обняла Лорен. Ну зачем она так разоткровенничалась и заставила подругу волноваться? С этого момента она станет держать мысли и планы при себе, решила она, терзаемая угрызениями совести.

Агостино позвонил ей около шести вечера. Он говорил так безразлично, словно давал инструкции наемному работнику. Стало быть, она не прощена. Его адвокат посетит ее для составления брачного контракта. Церемония произойдет на севере Англии на следующей неделе.

— На следующей неделе? — беспомощно отозвалась Кимберли. — Зачем надо ехать на север?

— Мы не сможем пожениться в Лондоне, не привлекая внимания.

Кимберли до боли сильно прикусила губу. Лорен наивно полагала, что нельзя сохранить все в тайне… Она не знает Агостино. При его богатстве и дьявольском уме он примет все возможные меры предосторожности.

— Мы должны ехать вместе?

— Нет, по отдельности. Я тебя встречу. Боюсь, мы не увидимся до церемонии…

— Почему? — Кимберли кипела от возмущения и уже через секунду ругала себя за столь бурную реакцию.

— Естественно, мне придется изменить деловое расписание, чтобы выделить время на бракосочетание. Я буду слишком занят. Кстати, ты уже говорила со своим агентом?

— Я как раз собиралась подписывать новый контракт, — ответила Кимберли.

— Что ж, скажи, что передумала.

К моменту встречи с адвокатом Агостино Кимберли все еще была под впечатлением неприятного разговора с сердитой и разочарованной Сарой Вандерберг.

По ее просьбе адвокат прочитал вслух документ, который она должна была подписать. Если бы Кимберли была такой алчной, какой видел ее Агостино, она пришла бы в экстаз. За отказ от работы ей полагалось огромное месячное содержание и оплата любых расходов. В случае расторжения брака она получала прямо-таки головокружительную сумму.

Кимберли слушала адвоката, и ее ногти все сильнее впивались в ладони. Лицо побелело как мел. Она поставила подпись. Лишь мысль о том, что спустя шесть месяцев она бросит к ногам Агостино клочки этого соглашения, придавала ей сил. Только тогда он поймет наконец, что ее нельзя купить.

Церковь возвышалась на холме живописной северной деревушки. Утром в выходной почти не было машин, а людей и того меньше. Кимберли в десятый раз взглянула на часы. Агостино опаздывал уже на целых одиннадцать минут.

Избегая разговоров, старенький священник стоял у паперти, а Кимберли расхаживала взад и вперед на небольшом пространстве перед церковью в ужасе, что жених все-таки передумал. Разве это невозможно? Все приготовления держались в строгом секрете и теперь казались почти нереальными.

Машина приехала за невестой ранним утром. За всю неделю Агостино позвонил лишь дважды. Лучше бы он совсем не звонил. Низкий глубокий голос заставлял сжиматься все у нее внутри. А это отнюдь не способствовало разговору.

Сегодня я выхожу замуж. Сегодня день моей свадьбы, твердила себе Кимберли вновь и вновь. Он обязательно появится. Ну он у меня получит. Агостино… Ненависть ужасно изматывает, мрачно подумала она. Он продержал ее всю ночь без сна, являясь в воображении. Это приводило Кимберли в бешенство.

Дабы отмести подозрения в том, что она участвует в тайном бракосочетании, Кимберли надела бирюзовое платье. Агостино это, судя по всему, понравится.

Услышав шум приближающейся машины, Кимберли замерла. Сверкающий лимузин, за которым вплотную следовала еще одна машина, подъехал к церкви. Появился Агостино, неотразимый в великолепно сшитом темно-синем костюме, бледно-голубом галстуке и белоснежной шелковой сорочке. Из второй машины вышел адвокат. Агостино остановился, подождал его, словно у него была масса времени. Кимберли едва не взорвалась. Да как он смеет заставлять ее ждать?

Как только Агостино поравнялся с ней, Кимберли выпалила:

— Где ты, черт возьми, был?

Адвокат застыл на месте, а взгляд черных глаз Агостино обрушился на Кимберли огненной лавой. И вдруг улыбка осветила его суровое мужественное лицо, согнав с него тень надменности и безразличия.

— Пришлось тридцать минут ждать разрешения на посадку в аэропорту.

Внезапно устыдившись своего порыва, Кимберли пожала плечами.

— Спасибо, что надела мой любимый наряд. Ты выглядишь просто потрясающе, — хрипло прошептал Агостино ей на ухо и пошел извиниться перед священником за опоздание.